Книга Мурчащее (не) счастье для Дракона, страница 22 – Анастасия Королева

Честно, мне только попкорна не хватало. Такой накал страстей, такая экспрессия. Может, тут где-то и оператор имеется, который снимает это увлекательное кино? Но нет, здесь никого, помимо меня, не было.

Адриан вырвался из объятий и показательно вытер рот рукавом рубашки, которую не снимал даже на ночь. В его глазах плескалась не просто злость, а настоящая ярость.

— Чтобы я этого больше не слышал! — прорычал, едва сдерживаясь. — Ты моя сестра и таковой останешься.

Девушка хотела что-то возразить, но Адриан предостерегающе поднял руку и бросил:

— Утром уедешь. Всё.

Он вышел из спальни, а я поспешила за ним, потому что оставаться наедине с чокнутой «сестричкой» мне совсем не хотелось. Успела выскользнуть, прежде чем дверь с грохотом закрылась, и за ней раздался нечленораздельный вой.

Вот это да… Связных мыслей не было. Ни одной. Только эмоции, да и те какие-то гадкие, словно я в грязи какой вывалялась.

Адриан шёл прямо по коридору, и направлялся явно не в свою комнату. Я увязалась за ним. Коридор закончился, и мы оказались возле маленькой неприметной двери. Мужчина толкнул её, и за ней обнаружилась узкая лестница, уходящая куда-то вверх. Ход на крышу?

Собственно, моя догадка оказалась верной. Мы вышли на крышу, откуда открывался удивительный вид. Даже хмурое небо с серыми тучами не портило его. Но куда приятнее был прохладный ветер, он отсудил разбегающиеся мысли.

Поначалу я топталась за спиной Адриана, а потом осмелела настолько, что запрыгнула на парапет и уселась рядом с застывшим мужчиной. Он смотрел вдаль, при этом сжимая и разжимая кулаки.

Да уж, представляю, каково ему, хотя, нет, не представляю. Да что там говорить? Я такое вовсе представить боюсь! Благо, что сестёр и братьев у меня не было.

Сделала крохотный шаг и боднула Адриана в плечо. Он посмотрел на меня и выдавил скупую улыбку:

— Не думал, что она до сих пор не оставила эти мысли, — признался с трудом и прикрыл глаза, чтобы продолжить: — Нора выросла на моих глазах, я помню, как она делала первые шаги, как приходила, чтобы я пожалел её, или рассказал сказку. О какой любви может идти речь?

Вопрос, конечно, риторический. Его передёрнуло от мыслей, а меня вслед за ним, потому что я слишком живо нарисовала себе эту картинку. Настолько противно мне не было даже, когда громила озвучил мне свои грязные желания, и когда дышал на меня смрадом. Бр! Ужас какой-то. Эта Нора вообще нормальная? Я думала, конечно, что она что-то затевает, но не такое же!

Видя, насколько Адриану тяжело, вновь потёрлась об его руку и замурчала. Ничего, завтра эта сумасшедшая уберётся восвояси, и мы вновь заживём тихой и размеренной жизнью.

Мужчина усмехнулся и взял меня на руки. Стало так хорошо, что мурчать я стала громче. Мы постояли так некоторое время, а потом он предложил:

— Наверное, нужно идти спать, только комнату выберем другую, — замолчал. А я и так поняла, почему возвращаться в спальню не стоит. Кто знает, что ещё взбредёт в голову наглой родственнице?

Комната, куда он меня принёс, оказалась даже уютнее той, где мы спали. Куда меньшего размера, да и кровать не такая огромная, но мне тут понравилось. Уж не знаю чем именно.

На этот раз меня из рук не выпустили, положили рядом и крепко прижали к себе. Будто бы он пытался найти успокоения. А я противиться не стала. Мне тоже было приятно лежать в его объятьях. Так мы и уснули, и мне абсолютно ничего не снилось.