Книга Мурчащее (не) счастье для Дракона, страница 15 – Анастасия Королева

Адриан по-доброму усмехнулся и попытался сдвинуть меня, но куда там — у страха глаза велики. Я вцепилась в лист мёртвой хваткой. Правда, весовые категории у нас были разные, вскоре лист у меня отобрали и стали разглядывать его с такой внимательностью, будто там не два слова было написано, а, как минимум, целая поэма.

Пока он читал, я холодела от ужаса. Хотела попросить у него помощи? Ха! Похоже, его помощь будет заключаться лишь в том, что меня вышвырнуть из дома, и это в лучшем случае. Перспектива смертоубийства всё ещё маячила на горизонте.

Адриан нахмурился, перевернул лист другой стороной, снова нахмурился, а потом выдал:

— Хм… не знал, что кошкам приятно возиться с чернилами.

Что? Что?!

Он положил лист обратно, а сам подхватил меня со словами:

— Теперь тебя нужно помыть, — я успела лишь заметить, что вместо букв, пусть и корявых, на бумаге была какая-то мешанина. Видимо, когда я села, то растёрла ещё не высохшие чернила.

У меня будто камень с души свалился, и в то же время я испытала иррациональное разочарование — затея с возвращением моего человеческого тела потерпела неудачу. Да что там! Полное и безоговорочное фиаско!

И, прежде чем предпринять ещё одну попытку, нужно быть уверенной, что это не повлечёт за собой ничего страшного. Умирать не хотелось.

Лапы мне мыли тщательно, правда, удовольствия это никакого не доставляло. Мне было неприятно. Очень. Такое ощущение, что меня не мыли, а наждачкой тёрли. А ещё эти капли… Они стекали по шерсти, отзываясь дрожью в теле. Теперь мне стало понятно, отчего кошки не любят воду — они слишком чувствительны, куда больше людей. Да и этот отвратительный запах мыла… Фу, кошмар какой! Самой собой я пахла куда приятнее.

— Надо бы тебя на улицу вывести, — пробормотал себе под нос Адриан, когда принялся вытирать меня.

Ну, да, после купания и на улицу? Не боится, что я заболею? Я же вся мокрая! Впрочем, эта проблема решилась слишком быстрым и неожиданным способом. Мужчина повесил полотенце на крючок и провёл по моей спине рукой. Стало тепло, даже жарко и шесть в миг стала сухой.

— Вот, теперь ты чистая, — произнёс, довольный собой, я же лишь одарила его недовольным взглядом. А нельзя было сразу высушить и не елозить по мне полотенцем?

Моего недовольства Адриан не понял, или предпочёл сделать вид, что ничего не заметил. Опять понёс, теперь уже к двери, правда не к парадной, а той, что располагалась с противоположной стороны. Только, прежде чем открыть её, он остановился и приподнял меня так, чтобы посмотреть в глаза:

— Давай договоримся — ты никуда не сбегаешь? Хорошо?

Не знаю почему, но за напускным весельем я уловила грусть. Такую жгучую, что хотелось скривиться. И вот почему тогда живёт здесь один, если ему так одиноко? И отцу запрещает хоть кого-то прислать? Странный он всё же.

Хотела было кивнуть, но вовремя остановилась. Если я буду излишне демонстрировать свой интеллект, то Адриан рано или поздно поймёт, что я вовсе не кошка. Поэтому предпочла замурчать, громко так, ещё и головой потёрлась о его пальцы. Пусть расценивает, как согласие.

Он хмыкнул и отпустил меня, тут же открывая дверь.

На улице было пасмурно и мокро. Словом, крайне неприятно. Гулять по такой погоде не очень-то хотелось, но естественные нужды справить было необходимо. Я и пошла в ближайшие кустики, обходя лужи и грязь. Обернулась. Адриан следил за мной внимательным взглядом. Что за напасть? Он, что, даже не отвернётся? Мало ему того, что под хвост мне заглянул? Или решил проконтролировать, чтобы я свои дела на улице сделала, а не дома где-нибудь за шкафчиком? Пусть не переживает, я девочка воспитанная, хотя идея нагадить ему в тапки была очень заманчивой.