Книга Перворожденный, страница 85 – Татьяна Солодкова

— Бросьте, — попросила невеста короля, начав массировать пострадавшую конечность. — Это моя вина. Ничего страшного не произошло.

Катрина хмуро смотрела на свою подопечную, все еще раздумывая, не проигнорировать ли ее слова и не броситься ли за целителем.

— Все хорошо, — с нажимом повторила Лаура, а потом вдруг рассмеялась. — Представляю, что бы сказал мне Натаниэль, если бы я так оплошала при нем. А вы еще просите прощения.

Катрина уже не единожды прочувствовала на собственной шкуре, что мог наговорить Нэйтан нерадивой ученице и в каких выражениях. Но ведь это будущая королева!

Удивилась:

— Он вас обижал?

— Что вы! — Лаура, наконец, опустила руку, повела запястьем из стороны в сторону. — Ну вот, — констатировала довольно, — уже почти не болит. Конечно не обижал. Но за такую выходку отругал бы от души, даже не сомневаюсь. Он всегда говорит, что думает. От него за титулами не спрячешься. — Это Катрина уже заметила по беседам Нэйтана с королем. — Поэтому мне повезло, что меня взялись обучать вы, а не он, — весело продолжила Лаура, — мне не пришлось сгореть со стыда.

Катрина покачала головой.

— Нечего стыдиться. Поначалу все не могут верно дозировать силу.

— Должно быть, — Лаура пожала тонкими плечами на этот раз в платье бледно-розового цвета. — Пожалуй, на сегодня достаточно.

О, да.

— Вы правы, — поспешила согласиться Катрина, все еще пребывая под впечатлением от того, что могло произойти по ее недосмотру. — На сегодня с нас обеих хватит, — улыбнулась ободряюще. — Может быть, выпьем чая?

Обычно именно Лаура предлагала устроить чаепитие, и Катрине захотелось проявить ответную любезность, чтобы окончательно избавиться от неприятного осадка после занятия.

— С удовольствием, — кажется, девушка на самом деле уже забыла о пострадавшей руке.

Именно ею она и позвонила в колокольчик и попросила служанку накрыть на стол.

— Вы только Эрику не говорите, — вдруг вскинула глаза Лаура, когда они обе опустились в удобные кресла. — Инцидент ничего не стоит, а он может придать ему большее значение и запретить наши занятия.

Или нанять более опытного преподавателя. Или… Катрина подавила в себе эгоистичные мысли. Она дала слово, что поможет, значит, по крайней мере, попытается.

— Не скажу, — пообещала серьезно.

Прибежала служанка с подносом, быстро расставила посуду, разлила чай по чашкам и, получив рассеянное «спасибо» от хозяйки, умчалась так же стремительно, как и появилась.

— Вы только не подумайте, что я прошу вас ничего не говорить его величеству из страха, — снова заговорила Лаура, пригубив из чашки и вернув ее на блестящее блюдце. — Мне очень не хочется его расстраивать. Эрик в последние недели сам не свой.

Девушка говорила о женихе с такой любовью, что Катрина волей-неволей залюбовалась.

— Вы его любите, — не удержалась.

Лаура улыбнулась теплой мечтательной улыбкой.

— А как же иначе? Он мой будущий муж.

Катрина как раз поднесла горячую чашку к губам и предпочла вернуть ее обратно на стол, поняв, что, если выпьет прямо сейчас, непременно захлебнется.

— Знаете, — собеседница ничего не заметила, — я была еще подростком, когда отец сообщил мне, кто станет моим супругом, — продолжила она с энтузиазмом. — Я ревела ночи напролет. — Сделала большие глаза, чтобы лучше отразить весь масштаб настигшего ее в детстве бедствия. — Что я там знала о нем? Воображала, что если король, то непременно старик. Мама мне тогда сказала, что его величество гораздо моложе, чем я думаю, и хотела принести мне портрет, но я отказалась. — Лаура засмеялась. — Представляете? Отказалась смотреть на своего избранника до встречи с ним, потому что была уверена, что мне лгут и покажут изображение столетней давности.