Онлайн книга «Забракованные»
|
Рэймер вышел. Один. К разъяренной толпе, сжимающей в руках острый сельскохозяйственный инвентарь, бликующий в лучах восходящего солнца — это было и красиво, и жутко. Мэл сама не заметила, как смяла в кулаке ни в чем не повинную штору, с замиранием сердца глядя на происходящие за воротами события. Ведь стоило одному из этих людей перенервничать… Это заняло почти час. Крестьяне ушли, а Монтегрейн вернулся, по-прежнему один, цел и невредим. Только с бледным и усталым лицом, будто бы он не только что встал с постели, а не спал по крайней мере несколько суток. — Крист! В кабинет! — рявкнул и, с силой впечатывая наконечник трости и подошву сапога на здоровой ноге в плиты двора, направился к дому. Мэл благоразумно спряталась за шторой. В тот день она больше не видела ни мужа, ни Дрейдена. А вечером, когда пришла к комнатам Монтегрейна, чтобы заняться его лечением, ей не открыли: на стук никто не ответил — хозяина не было. Амелия ушла к себе и сильно подозревала, что Рэймер и Кристис провели в кабинете всю ночь… — Крестьяне успокоились, — ответила она Гидеону. Он обернулся на нее через плечо, одарил снисходительным взглядом и улыбкой. — Пока, — произнес весомо. Так вот оно что… Что-то подобное Мэл и подозревала — то, что СБ приложила руку к проблемам Монтегрейн-Парка. Но, что Гидеон еще и намеренно спровоцировал крестьян, стало для нее неприятным открытием. Будто загоняет дичь… А СБэшник резко отвернулся от окна и шагнул к Амелии. Ей пришлось встать, чтобы не позволить ему подойти и нависнуть над ней, пользуясь высотой своего роста и коротких ножек дивана. — Он нервничает? Она хмуро смотрела в ответ. Гидеон скрипнул зубами. — Еще раз спрашиваю. Монтегрейн занервничал? Нет, Рэймер не нервничал, он злился и уставал — вот что она видела. — Вероятно, — ответила вслух. — Хорошо. — Наконец-то собеседник услышал хоть что-то, что ему понравилось. — Очень хорошо-о, — протянул он задумчиво, остановившись от Мэл на расстоянии шага, и задумчиво потерев подбородок. — Он все равно ошибется, — сказал, кажется, себе, нежели ей. Амелия отвела взгляд и вскинула его вновь, когда стоящий напротив нее мужчина снова заговорил — резко, жестко. — Следующая встреча еще через десять дней. Здесь же. В полдень. Мэл мысленно подсчитала, какая это будет дата, и кивнула. — И учти! — Гидеон вдруг неожиданно шагнул совсем вплотную и ухватил ее жесткими пальцами за подбородок, заглянул ей в глаза своими черными глазищами, бездонными, словно колодцы. — Если я узнаю, что ты решила сменить сторону, будешь болтаться с муженьком на соседних веревках! А ведь даже называя ее непроходимой дурой, он обращался к ней на «вы». Вот кто, выходит, занервничал по-настоящему… Она резко отшатнулась, вырываясь из унизительной хватки, отступила. Впрочем, довольный уже произведенным эффектом, Гидеон и не пытался ее удерживать, только все ещё угрожающе сверкал глазами. — Не судите по себе, — произнесла Мэл сквозь зубы, от ярости даже не испугавшись. — В Мирее аристократов не вешают, им рубят головы. После чего развернулась и вышла, не прощаясь. — Миледи! — Тут же бросился к ней господин Линч, заискивающе улыбаясь и расшаркиваясь. — Может быть, еще одно платье или новый костюм для верховой езды? — Уйдите с дороги, — огрызнулась Амелия, заставив круглое лицо портного изумленно вытянуться, и вышла вон. |