Книга Забракованные, страница 188 – Татьяна Солодкова

— Все нормально?

Амелия торопливо закивала, как деревянная игрушка с пружинкой в шее — у нее в детстве была такая.

— Все. Нормально, — повторил Монтегрейн уже с утвердительной интонацией. После чего подхватил прислоненную к кровати трость и поднялся. — Я — вниз. Дверь за собой просто прикрой, — бросил напоследок.

Дверь спальни скрипнула, захлопнувшись, и Амелия, шумно выдохнув, упала на подушки навзничь, раскинула руки в стороны.

Сердце в груди билось еще слишком быстро. Но липкого страха, обычно сопровождающего ее все утро после кошмара, как не бывало.

* * *

Облокотившись на ограду, Амелия наблюдала за свежеиспеченными матерями-лошадьми и их потомством. В последний раз она видела новорожденных жеребят ещё в юности — в поместье отца. Мэл давно выросла, но, как ни странно, восторг от наблюдения за только-только начавшейся жизнью, этим чудом природы, сохранился.

Один, ярко-рыжий, жеребенок с необычайно важным видом исследовал специально огороженную для этой «детской» территорию и даже попытался укусить еще беззубым ртом веревку, которой были связаны бревна ограды. Веревка оказалась жесткой и невкусной — не понравилась. Фыркнул и потрусил к матери, щиплющей неподалеку траву, полез к ее животу — проголодался.

Другой, черный с белым носом, видимо, только что наевшись, спал под боком лежащей кобылы — наоборот, белой с черной переносицей.

В этой части поместья Амелия побывала впервые. После утреннего инцидента ей очень не хотелось попадаться Монтегрейну на глаза, пока эмоции не улягутся, и она с удовольствием приняла приглашение Оливера посмотреть родившихся позавчера жеребят.

На самом деле, она прекрасно понимала, что Олли хочется показать своих любимцев возлюбленной, и в данном случае не Дафна будет сопровождающей Мэл, а скорее наоборот, но с удовольствием воспользовалась возможностью улизнуть из дома.

И не прогадала.

В итоге Оливер утащил Дафну показывать остальных лошадей, а Амелия осталась у ограды «детской», как назвал эту временную постройку сам Олли.

Она немного прогулялась, рассматривая конюшни с пустыми в это время суток стойлами — коней вывели на выпас. Зато внутри обнаружились несколько работников: двое мужчин и одна женщина с повязанной на волосах косынкой. Они наводили порядок: женщина мыла стекла, мужчины вывозили навоз — один держал тачку за длинные рожки-ручки, а второй орудовал лопатой. С Амелией вежливо поздоровались, несколько смутившись от появления новой хозяйки поместья и не зная, чего от нее ждать. Однако, поняв, что ей от них ничего не нужно и она просто-напросто глазеет по сторонам, продолжили работу.

Мэл поспешила убраться подальше, чтобы их не смущать.

Прошлась мимо площадки для тренировок. Там неопределенного возраста мужчина в широкополой, защищающей от солнца шляпе учил молодого жеребца брать довольно высокое препятствие. Заметив Амелию, работник приподнял шляпу, приветствуя.

Мэл кивнула в ответ и вернулась к загону с жеребятами.

Солнце палило, но блуждающий по открытому пространству ветер спасал от жары. Сегодня она была умнее и, заранее намазав лицо кремом, теперь не боялась обгореть от долгого нахождения под открытым небом. В ее новом гардеробе имелись шляпки, но надевать их решительно не хотелось. Это особое удовольствие — чувствовать ветер в своих волосах.