Книга Дорога домой или Цена престола, страница 93 – Татьяна Солодкова

— У-у, — выдохнула Лигас. — Как все запущено, — она протянула руку через стол и сжала его ладонь. — Знаешь что, мой милый мальчик, я старше тебя, и я очень многое повидала. Так вот, могу тебе совершенно уверенно сказать, что все эти благие намерения — чушь собачья. Жизнь слишком коротка, тебе ли не знать.

Гэбриэл отмахнулся.

— Ли, я не просил совета. Ты спросила «почему», я ответил. Давай без нотаций.

Лигас сверлила его взглядом еще несколько секунд, потом выдохнула и кивнула.

— Хорошо, как знаешь. Без нотаций. Полагаю, все вышесказанное означает, что ты не будешь сегодня со мной спать?

Она понимала его лучше всех. Он улыбнулся и покачал головой.

— Нет, не в этот раз, — не тогда когда Эрилин льет по нему слезы в комнате напротив.

Лигас кивнула и притворно надула губы, изображая обиду, потом тряхнула волосами и рассмеялась.

— Ладно, а раз не собираешься, то проваливай в свою комнату, я устала.

— Мне нужно найти одного человека в Налииде... — начал Гэбриэл, но Лигас встала, подошла ближе и закрыла ему рот поцелуем.

— Все дела завтра, договорились? — промурлыкала она, ее улыбка стала немного хищной. — А теперь выметайся, пока я не передумала.

Эрилин уже проснулась, успела умыться и одеться, когда раздался стук в дверь.

Принцесса повернула ключ в замке, думая, что если это Гэбриэл с его неизменной улыбочкой, она ему врежет, потом, конечно, скажет, что случайно, но врежет всенепременно.

Но на пороге обнаружилась хозяйка дома с большой картонной коробкой в руках. Сегодня она была одета в нечто воздушное и небесно-голубое.

— Посторонись, — распорядилась Лигас воистину командирским тоном и протиснулась в слишком узкий для ее ноши дверной проем.

— Что это? — не поняла Эрилин.

— Для начала, доброе утро! — Лигас подарила ей одну из своих ослепительных улыбок, которые вчера довелось лицезреть Эрилин. — А это, — она водрузила коробку на прикроватный столик, — обновки. Я же обещала, что сегодня будет праздник. А ты, дорогая, уж прости, одета совсем неподобающе. Так что, давай, снимай быстренько свое тряпье.

Эрилин прикусила губу. Может быть, огреть не только Гэбриэла, но и эту нахалку?

Ее одежда стоила дороже, чем вся обстановка в этой комнате.

Лигас прищурилась, внимательно следя за ее реакцией, потом уголок ее алых губ пополз вверх.

— Ладно-ладно, не тряпье, — сдала назад она, — я разбираюсь в нарядах, это очень хорошие дорогие вещи, скорее всего, пошитые на заказ. Но, — Лигас подняла руку, заранее пресекая возражения, — ты, наверняка, провела в них ни один день, они все в пыли. Ели ты снимешь свою одежду и отдашь мне, мои девочки мигом все постирают и отчистят, и завтра утром вернут их тебе, как новенькие, в целости и сохранности. Как тебе мое предложение? — она склонила голову набок, сияя изумрудными глазами.

Как бы Эрилин это не нравилось, она не могла не признать, что одежда нуждается в стирке.

— Хорошо, — сдалась она и поспешно добавила: — но я ни за что не надену одно из тех развратных платьев, в которых щеголяют твои «девочки».

Слова: «да и ты сама» повисли в воздухе, но по ухмылке Лигас было ясно, что она прекрасно поняла намек.

— Ты сначала посмотри, а потом ругайся, — ласково предложила она, открывая коробку.

Лигас извлекла оттуда ярко-красное длинное платье, украшенное по вороту, рукавам и подолу белоснежным кружевом. Вырез был весьма скромным, придраться, действительно, не к чему.