Книга Дорога домой или Цена престола, страница 51 – Татьяна Солодкова

— Я выжил, — ответил Гэбриэл. — Просто выжил, когда это казалось почти невозможным.

Эрилин надолго замолчала, наверное, задумалась над вопросом своего собственного выживания. Гэбриэл уже думал, что она уснула, когда со стороны кровати опять раздались всхлипывания.

— Почему ты плачешь? — спросил он, снова перекатываясь набок.

— Что?

— Я спросил, почему ты плачешь? — терпеливо объяснил Гэбриэл. — Один мой... друг, человек, который очень многому меня научил, когда я совсем запутался, как-то сказал: везде ищи причину, ничего не бывает просто так.

— Я... — начала принцесса и осеклась. — Я... — начала она снова. — Мне жаль отца.

Гэбриэл скептически хмыкнул.

— Что значит «хм»? — ее голос стал немного резким.

— А то. Твой отец мертв, и не нуждается в твоих слезах. Тебе жалко саму себя, и чем скорее ты признаешь это, тем быстрее высохнут твои слезы.

— Это звучит...

— Цинично? — услужливо подсказал Гэбриэл.

— Ужасно, — выдохнула Эрилин, но она больше не плакала.

Гэбриэл пожал плечами, хотя в темноте она и не могла видеть его жеста.

— Как бы это ни звучало, это правда. Люди плачут от жалости к самим себе.

— А слезами горю не поможешь? Ты это хочешь сказать?

— Ну, что-то вроде. Разве у тебя сейчас нет четко поставленной цели?

— Найти и спасти Эмира, — тут же ответила Эрилин.

— Ну, вот видишь, — Гэбриэл остался доволен, что она плавно подходила сама к правильным выводам. — Мы выяснили причину и цель.

— Осталось найти средства, — хмыкнула девушка.

— Одним из средств является приложение максимальных усилий, — подсказал Гэбриэл. — Провести ночь без сна не лучший выбор перед долгой изнурительной дорогой. Тебе понадобятся силы. И если мы отправимся в путь вместе, предупреждаю, поблажек не жди. Мы будем останавливаться на привал только в безопасных местах, когда и где решу я.

— Не в моем положении диктовать свои условия, — признала Эрилин.

Гэбриэл тоже не любил диктовать условия. Он привык путешествовать один и отвечать только за себя. Не подчиняться никому и никем не командовать. Это было не просто привычкой, это стало образом жизни.

— Я просто предупредил, — ответил Гэбриэл и повернулся на бок, спиной к принцессе.

Эрилин не ответила, но Гэбриэл с удовлетворением отметил, что слез со стороны кровати было больше не слышно.

Утро выдалось по-летнему солнечным. Слышался шум листвы, жужжание насекомых, говор крестьян, собирающихся на поле...

Эрилин проснулась и еще несколько минут просто лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь теплым солнечным светом, пробивающимся сквозь веки, и мягкой постелью. Она чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей впервые со времени, как начались все эти страшные события. Сколько? Всего чуть больше недели назад.

Еще этой ночью ей казалось, что все кончено, что впереди нет ничего, кроме щемящей боли в сердце и отчаяния, но утром она проснулась полной надежды. Как смог этот странный человек подарить ей ее одним коротким ночным разговором, осталось для нее загадкой. Но Генти был прав, когда сказал, что Гэбриэл притягивал к себе людей. От него исходила атмосфера, неподдающаяся описанию. Вчера, едва он появился во дворе крестьянина с вилами, Эрилин поняла, что они спасены. Странное и нелепое чувство спокойствия и защищенности.

Эрилин села на кровати, сладко потянулась, и только потом открыла глаза. В комнате никого не было, одеяла с пола уже убрали, и не осталось никаких следов того, что она ночевала здесь не одна.