Книга Дорога домой или Цена престола, страница 4 – Татьяна Солодкова

Эдвин и сам не знал, почему так и не женился. В молодости он считался привлекательным, несмотря на то, что совсем не походил на своего отца, которого до сих пор вспоминали с благоговением. Когда-то Эдвин был силен и крепок, ему не было равных на турнирах, а теперь... Теперь Эдвин просто распустился, большую часть времени он просиживал во дворце и выслушивал доклады. От бездеятельности он часто испытывал недомогание, и во дворец был привезен целый штат лекарей. Да только Эдвина нельзя было вылечить — он болел тоской. «Кому оставить трон?» — этот вопрос пожирал его днем и ночью. Из родственников у него была лишь троюродная сестра, но сказать про данную особу, что она слабоумна, значит, ничего не сказать. Она развалит страну, а ее муженек превратит Алаиду в военный плацдарм. Вот уж кто настоящий солдафон...

Эдвину нужен был настоящий наследник, сын, принц по крови.

Король проклинал себя за то, что отказался от Ричарда, а Энн могла уехать с мальчиком куда угодно. Отдала ли она его? Сама ли воспитала? Жив ли еще Ричард?

Эдвин сходил с ума при мысли об этом и вот уже два года не жалел средств, нанимая всевозможных сыщиков, но никто так и не добился результатов. Вот сейчас Эдвин снова нанял одного человека с очень неплохими рекомендациями. Только он уже третий месяц не объявлялся. Может, нашел-таки? Эдвин готов был отдать за Ричарда все на свете, только отдавать-то было некому.

— Ричард, где ты? — в пустоту прошептал король, все еще не открывая глаз. — Энн, куда же ты его увезла?

Но ему никто не ответил, только ветер пахнул в окно, грохнув рамой и разметав занавески. Сначала Эдвин думал кликнуть прислугу, но потом все же решил сам подняться и закрыть ставни.

Коснувшись рамы, он на мгновение замер, всматриваясь в действие, происходившее внизу на дворцовой площади. Строили виселицу. Рабочие стучали молотками, а люд в предвкушении собирался возле помоста.

Эдвин зажмурился и решительно захлопнул окно. Ему вспомнился костер Милины. И откуда у людей такая жажда публичных казней? Ему следовало давно это запретить, следовало, но сначала он боялся нарушать традиции, установленные при его отце, а потом ему просто стало безразлично.

В коридоре послышались быстрые шаги. Эдвин вскинул голову.

Главный советник Герберт вбежал без предварительного стука, что само по себе означало, что стряслось нечто непредвиденное. Король затаил дыхание.

«Неужели?..»

Эдвин из суеверия побоялся даже додумать мысль, чтобы не сглазить.

Сердце упало куда-то к ногам.

— Херайя приехал! — доложил старый верный Герберт.

— Херайя?! — воскликнул Эдвин, услышав имя того самого наемника, на работу которого он так надеялся. — Веди его!

— Да, сир, — поклонился Герберт и вышел вон.

Так, наконец-то!

Эдвин попытался унять тяжелое дыхание. Спокойно... Спокойно... Уж держать себя в руках король давно научился. Наемник не должен догадаться, что Эдвин лично заинтересован в этом деле: всем, кого нанимал, король говорил, что некий вельможа попросил его отыскать сына в награду за боевые заслуги.

Вот-вот, посторонний вельможа, а не сам Эдвин, и нечего так волноваться.

Послышались шаги, и в кабинет вошел плотный коренастый мужчина лет сорока.

— Ваше величество, — поклонился он.

— Господин Херайя, — кивнул ему король со всем равнодушием, которого требовал этикет. — Я уж было начал думать, что вы забрали мои денежки и бежали с глаз долой.