Книга Натуральный обмен, страница 91 – Татьяна Солодкова

Угроза была реальной. Без него мне не имело смысла высовывать нос из дворца, потому что этот мир я знал только по книгам.

— Ладно, десять, — сдался я.

— То-то же, — Рей вздохнул с облегчением, видимо, он думал, что я буду дольше упорствовать. — Но почему ты не хочешь взять больше людей? Ты, что, собрался заявиться в провинцию инкогнито?

Хорошего же обо мне мнения лучший друг? Я, что, совсем дурак, по его мнению?

Я возмущенно фыркнул.

— Конечно, нет. Но если мы двинемся огромной толпой, это привлечет излишнее внимание. Естественно, я не собираюсь скрываться, когда мы прибудем в Багряную Карадену, но я хочу появиться там более или менее неожиданно.

Рейнел воздел глаза к потолку.

— Боже, я еще пожалею, — простонал он, потом резко встал, будто это не он только что растекался тут сонной лужицей. — Ладно, хорошо, что разбудил, теперь надо все спланировать, а не прохлаждаться, а ты, — его палец уперся мне в грудь, — провожай наместников и заговаривай зубы министрам, чтобы нас отпустили. Тогда завтра на рассвете и двинемся.

Я не успел ничего ответить, а он уже скрылся за дверью.

И что бы я без него делал?..

Далее по расписанию следовали проводы наместников, которые, как обычно, проходили медленно и торжественно. Когда передо мной на прощание раскланялся наместник Багряной Карадены, я задержал на нем взгляд несколько дольше, надеясь, что он поймет мое молчаливое послание: «Я помню о вашей проблеме». Не знаю, понял ли меня Лигурд, но мне показалось, что его улыбка стала шире.

Наконец, наместники отчалили, и теперь на повестке дня встал вопрос, как правильно преподнести министрам мой отъезд. Дела провинций их волновали мало, но, несмотря на это, я не мог признаться им в истинной причине моего интереса к Багряной Карадене. Не знаю, что со мной произошло за последние полгода, но, кажется, я научился думать, то, до чего раньше я бы ни за что не додумался, теперь было для меня ясным как день.

Министрам наплевать на провинции, а заодно и на принца. Но официально признать, что им известно о трудностях, разбираться с которыми отправился наследник, да еще и без существенной поддержки, и пальцем о палец не ударить — выходило за рамки приличий. А приличия — это как раз единственное, что они блюли свято. Мне ведь не единожды говорили, что здесь и у стен есть уши. Если за пределы дворца выйдет слух, что министры проигнорировали проблемы провинции и отказались поддержать принца в попытке их разрешить, они окончательно лишатся авторитета среди караденцев. И если я отрыто заявлю о причинах и следствиях, министры просто не выпустят меня из дворца, постаравшись замять все еще в Зале Советов.

Стало быть, мне предстояло выдать министрам версию, способную удовлетворить всех и сразу.

Я созвал Совет, едва отбыл последний наместник и заявил министрам, что намериваюсь проехаться по провинциям. Конкретного названия я уточнять не стал, а причиной своего интереса объявил то, что очень давно не покидал Столичный Округ и мне просто интересно проехаться и посмотреть, что где и как. То, что Эридан не выезжал за пределы столицы, я знал наверняка, как-то интересовался у Мельвидора, и теперь эти данные очень мне пригодились.

Надо отдать министрам должное, они удивились, но возражать не стали. А когда я сообщил, что не намерен брать с собой большой отряд, их физиономии стали совершенно довольными. Может, они и не планировали совершать на меня очередное покушение, но мысль о том, что кто-нибудь другой может прибить меня по дороге, явно пришлась им по вкусу. Я же за свою жизнь опасался не особо, зная Рея, он подберет мне такую обещанную десятку для охраны, которая будет стоить двадцати.