Книга Пароль: рододендрон, страница 82 – Татьяна Солодкова

— Ксюш, — вроде бы, получилось, не заикаюсь, — я все тебе объясню. Утром. А этой ночью мне нужна твоя помощь.

Поток возмущений тут же прекратился.

— Говори.

— У меня проблемы, — коротко сказала я. — Большие проблемы. Вопрос жизни и смерти. Ты мне нужна с машиной, — я глянула на часы на руке, одновременно прикидывая время езды от Ксюшиного дома, — через час, центр, интернет-кафе «Оазис».

В подруге я не ошиблась. В ответ не прозвучало ни возмущений, ни лишних вопросов.

— Форма одежды? — только и спросила она.

Я прикинула, что ей придется заглушить мотор, чтобы не выдать себя, дожидаясь нас, и ответила:

— Теплая.

— Понял, не дурак, — отозвалась Ксюша. — Жди, лечу, — и в трубе послышались гудки.

Все время разговора Григорий внимательно прислушивался, а когда я убрала телефон, не выдержал и высказался:

— У тебя хорошие друзья.

Я стрельнула на него глазами.

— Знаю, — то, что я вовлекла во все это Ксюшу, будет на моей совести до конца моих дней.

— А я начинаю понимать, почему Алекс выбрал тебя.

Я почувствовала волну раздражения. Выбрал он, да у него и не было особого выбора, свалился в моем подъезде, а я силой затащила его к себе. А то, что случилось после... Господи, да не Гришкиного ума это дело, нашел, что обсуждать.

— И почему же? — сквозь зубы поинтересовалась я.

— Ну, — протянул он, кажется, по моему тону сообразив, что сказал что-то не то, — та же Лиза ни за что бы не стала ради него рисковать совей жизнью, резать себе руки...

Я только хотела высказаться на тему, что я не Лиза, и нечего меня с ней сравнивать, как замерла, услышав конец фразы.

— Только попробуй сказать ему, что я сама ее себе порезала, — зашипела я, для пущей убедительности взмахнув перемотанной рукой. Болело адски, два пальца вообще не гнулись, но я успокаивала себя тем, что, стоит вернуть Алекса, последствий можно не бояться. — Порезалась и все. Нечего раздувать, — не хватало еще, чтобы Алекс чувствовал себя виноватым за мои действия.

— Ладно-ладно, — торопливо закивал Гриша.

— То-то же, — пробурчала я, тряхнула волосами, отбрасывая от себя все посторонние мысли. — Итак, каков наш план?

Автомобиль прошуршал колесами по прикатанному снегу и остановился за несколько зданий от нужного нам. Ксюша потушила фары и заглушила двигатель.

— Мы на месте, — торжественно объявила она то, что и так всем было ясно.

Ксюша выжидательно посмотрела на меня на соседнем сидении, я же, в свою очередь, обернулась назад к Грише.

— Идем?

Григорий поежился, хотя машина еще совсем не успела остыть.

— Идем, — вздохнул он. — Но если ты все придумала...

Он замолчал под моим тяжелым взглядом. Хотела бы я все это выдумать, но, боюсь, моей фантазии на это бы не хватило.

Ксюша озадаченно переводила взгляд с одного на другого, а потом совсем нелитературно выругалась. Мы ведь так ей ничего толком не объяснили, я только сказала, что Алекс в беде, и я обязательно все расскажу, как только его вытащим.

— Ксю, — решилась я, — мы пошли. Если не вернемся через полчаса, уезжай.

— Чего?! — у нее глаза полезли на лоб. — Совсем, мать, сдурела? Думаешь, я тебя оставлю ночью одну? С ним? — короткий кивок в Гришину сторону.

— Ксюш, — попросила я, — давай без сцен, — самой тошно, хоть вой. — Если мы не вернемся быстро, то уже не вернемся, и ты должна подумать о себе. Очень важно, чтобы никто тебя здесь не увидел и не связал с нами.