Книга Пароль: рододендрон, страница 66 – Татьяна Солодкова

Услышав, как хлопнула за мной дверь, незнакомец перестал мерить двор шагами и повернулся на звук. Да, я не ошиблась, человек был не молод, минимум, лет шестьдесят. Квадратное лицо, как и вся его фигура, маленькие прищуренные глазки.

При виде этого типа мне невольно захотелось снова вернуться в подъезд, но Алекс не выглядел встревоженным, и это заставило меня перебороть свою подозрительность. Не то что я испугалась квадратного незнакомца, но то, что с таким, как он шутить не стоит, было ясно с первого взгляда. Если бы нужно было описать его в трех словах, я бы сказала: опасный квадратный тип.

Алекс оторвался от машины, подошел ко мне, решительно взял за руку и подвел к незнакомцу. Я напряглась и дернула его руку, он бросил на меня быстрый взгляд, мол, споры потом, и я послушно заткнулась.

— Познакомьтесь, — сказал Алекс, — это Никита Игоревич Голубев.

— Можно просто Никита, — буркнул тип.

Ну-ну, подумала я, он мне в дедушки годится, а ему: «Эй, Никита!»

— Никита Игоревич, — кажется, Алекс был со мной солидарен, и панибратством увлекаться не стал, — лидер того самого сопротивления, о котором говорил вчера Гриша.

— Кира, — представилась я.

— Очень приятно, — блеснул глазками-пуговками Голубев и бессовестно поцеловал мою руку.

Должна признать, я больше просто испугалась, ожидая этого поцелуя, поняв его намерения. К его чести, он лишь чуть коснулся губами кожи и тут же выпустил мою ладонь.

— Это та, о ком я говорил, — сказал Алекс, продолжая какой-то ранее начатый разговор. — И, надеюсь, мы друг друга поняли. Эта девушка неприкосновенна при любых обстоятельствах.

— И если увидим, что она в беде, придем на помощь, — кивнул Никита Игоревич. — Я помню нашу договоренность.

Я изумленно уставилась на Алекса. Что он, черт возьми, там провернул? Но он и не подумал мне пока что ничего объяснять.

— Вас подвезти? — вежливо предложил наш новый знакомец.

Ну уж нет, сесть к этому опасному квадратному типу в машину...

— Подбросьте до центра, там мы сами, — тем временем совершенно беспечно огласился Алекс и повел меня за собой за руку к автомобилю. — Пойдем, холодно.

Я успокоила себя лишь тем, что, в случае чего, мы просто переместимся. Алекс ведь знает, что делает, не так ли?

В машине оказалось тепло и неожиданно уютно, играла тихая ненавязчивая музыка. Голубев сел за руль, а мы с Алексом разместились на заднем сидении.

Двигатель заурчал, автомобиль тронулся.

Я сидела, прижавшись к Алексу, и молчала, как и остальные, время от времени ловила на себе любопытный взгляд Никиты Игоревича в зеркало заднего вида. Когда в какой-то момент наши глаза встретились, старик смущенно отвернулся, застигнутый за подглядыванием.

— Твой дед всегда любил тебя больше других, — вдруг сказал Голубев, вроде бы ни к кому не обращаясь.

Я почувствовала, как резко напряглась рука Алекса на моем плече.

— Я знаю, — коротко ответил он и на этот раз все же пояснил для меня: — Никита Игоревич был дедовым телохранителем в течение многих лет.

— Да-да, — довольно подтвердил водитель, — и все трое росли на моих глазах.

— Может, хватит на сегодня экскурса в прошлое? — попросил Алекс.

— Я думал, твоей девушке будет интересно, — отозвался тот, пожимая своими могучими плечами, — ты ведь был самым неуправляемым из троих, вечная головная боль, кто же знал, что все так обернется.