Книга Пароль: рододендрон, страница 104 – Татьяна Солодкова

Небольшая комната, светлая, благодаря большому окну, в противоположной от окна стене распахнутая дверь в ванную. На полу темно-зеленый ковер с мягким ворсом, очень красивый глубокий цвет. На стенах светлые обои с нежными цветками. Бархатный диван, письменный стол из темного дерева, настольная лампа, полки с книгами. Вещи идеально подходящие друг к другу, каждое на своем месте. Все настолько по-домашнему, что мне показалось, что я совершила путешествие в прошлое, туда, где задолго до появления Валентина-тирана, жил маленький мальчик Валя со своей семьей.

Это стало открытием. Это не новый дом Валентина, а фамильное гнездо Лазовских! Место, где браться росли и были когда-то дружны и счастливы, пока судьба не отобрала у них родителей.

Сколько же всего видел этот дом? Сколько пришлось пережить его обитателям? Что же сделало из старшего брата Алекса этого властолюбивого монстра, встретившего меня внизу?

Я без сил опустилась на диван и спрятала лицо в ладонях. Может, Валентин и говорил правду и не собирается причинять мне вред, но я разменная монета в его играх с Алексом.

Я еще раз обошла всю комнату. Единственное окно у стола. Ручка снята, не открыть. Попробовать разбить? Только в жизни не поверю, что Валентин не предусмотрел этот вариант. Но даже если...

Я забралась с ногами на стол и прижалась лбом к стеклу. То, что рассмотрела, не обрадовало: вокруг дома шла железная ограда по верху с острыми штырями. Прыгнуть на них — верная смерть.

На долю секунды мне даже закралась мысль все-таки прыгнуть вниз, чтобы лишить самовлюбленного Валентина последнего козыря, и облегчить Алексу жизнь. Но я отринула суицидальные идеи почти сразу. Не смогу, и все тут. Когда я прыгала из окна лаборатории, я допускала, что могу погибнуть, но все равно надеялась выжить, когда резала руку, тоже всерьез не думала, что истеку кровью. Шагнуть же в окно, точно зная, что это конец... Нет, не смогу. Возможно, я отвратительный человек, не способный на самопожертвование, но не смогу.

Я с досадой вернула тюль на место и снова села на диван.

Посидела минут десять, но в голову так ничего и не пришло.

Легла и закрыла глаза.

* * *

В отличие от заключенных подземелий у меня было одно преимущество: я точно знала, сколько времени длится мое заточение — уже два дня. Солнце за окном дважды садилось и вставало. Первой ночью шел снег, а на второй день было настолько солнечно, что с крыши началась капель, и к вечеру за окном появились длинные кривые сосульки.

Еду приносили исправно: три раза в день, и всегда первое, второе и компот. Порция для здорового мужчины, поэтому я съедала от силы половину. Впрочем, аппетита совершенно не было. Я все время ждала изменения своего положения, оглядывалась на дверь от каждого шороха, но никто не приходил, кроме охранников с подносом. Все в два раза крупнее меня и очень настороженные, пока один ставил еду на стол, второй стоял в дверях. Глупо было бы даже пытаться бежать. А потому в каждый их приход я садилась на диван, складывала руки на коленях и всеми возможными способами демонстрировала покорность.

Через два дня совсем перестала надеться на чудесное избавление и на то, что Алекс таки сумеет меня найти. Если бы мог, уже бы нашел, а это значит, что Валентин не соврал и тут: магам защиту не пройти, как бы ни был искусен маг.