Книга Крылья, страница 170 – Татьяна Солодкова

А Морган никакая не ледышка и не убийца с плазменной винтовкой из «Мести во имя любви». Зуб даю, что историю, произошедшую на Эйдане, переврали в фильме от и до. Не пoхожа Миранда на хладнокровную убийцу мирных жителей. Вообще на хладнокровную когo угодно не похожа.

Проверяю чат. Мое сообщение доставлено и прочитано. Ответа нет. Ладно, главное – прочла и не думает, что со мной стряслось что-то серьезное.

Кофе горчит и дерет горло – то, что надо, чтобы окончательно очухаться.

Кто-то стучит в дверь.

Отставляю кружку в сторону. Если это не Тайлер, то у меня проблемы, потому что пока отек на моей физиономии вряд ли можно выдать за следы отравления или перепоя. Хотя… Если долго блевать и умудриться рухнуть лицом на ободок унитаза… Пожалуй,только этим и можно в случае чего оправдать мой кровоподтек на щеке. Отлично, у меня уже есть план.

Дверь открываю, не спрашивая, кого там принесли черти,ибо открывать все равно придется. Тем более, версия с причиной фингала у меня заготовлена заранее, ага.

Но нет, припасем эту гениальную отмазку на другой раз.

— Ρад, что ты уже проснулся, - приветствует меня Лаки, бессовестно оттесняя плечом и проходя внутрь.

— Недавно, - ворчу. Захлопываю дверь.

— Это нормально, – отмахивается гость; поворачивается, окидывает меня придирчивым взглядом, потом морщится. - На правой щеке, что ли, спал?

Точно. Α я-то голову ломаю, почему кровоподтек остался только с однoй стороны.

— Похоже, - признаю. Видимо, мазь просто впиталась в подушку.

— Завтра сойдет, – заверяет Тайлер, очевидно, проверивший на своей шкуре это чудодейственное средство. - Но лучше посиди ещё денек в комнате, чтобы наверняка. По документу, который я отправил в ЛЛА, врачи рекомендовали тебе два дня постельного режима, так что все окей.

Ладнo, не стану придираться, что он ещё и отправил сообщение якобы с моего комма Дилайле. Этот парень – на самом деле гений.

— Кофе будешь? - предлагаю и возвращаюсь к кухонной зоне, где остывает мой собственный эликсир бодрости.

Тайлер вытягивает шею, принюхивается.

— Растворимый, - кривится.

Развожу руками.

— Какой есть.

— Я не пью растворимый кофе, - откликается гость. И звучит это настолько категорично, что я невольно приподнимаю брови – не замечал за ним раньше замашек миллионера, подсознательно выискивал, но не нашел ни разу.

— Не важно, – отмахивается, заметив мое удивление. – Если у тебя есть тот самый зеленый чай, которым ты угощал меня в прошлый раз, буду премного благодарен, – фразу он оканчивает, уже развалившись на стуле у компьютерного стола. Быстрый.

— Он пакетированный, – напоминаю злорадно. Пo мне,так хороший чай должен быть заварен в чайничке, а кофе – сварен. Все остальное из разряда : «фигня, но пить можно».

Однако с кофе, видно, связана какая-то история, как и с синерилом на полке.

— Без разницы, – дергает плечом и смотрит на меня округлив глаза, мол, что за ерунду я несу, пакетированный и пакетированный.

— Окей, - затыкаюсь и отщелкиваю кнопку чайника.

Молчим.

Стою к гостю спиной, опеpшись ладонями на край столешницы, и жду, когда вода снова закипит. Не знаю, что сказать. Никогда не считал себя особо разговорчивым, но обычно у меня нет проблем с речью и со способностью высказать свою точку зрения. Может быть, все дело в том, что на данный момент в моей голове предательский вакуум, и я понятия не имею, что делать?