Книга Крылья, страница 132 – Татьяна Солодкова

— Ничего себе, – восхищаюсь.

— Он умный,только вредный, – отмахивается юноша. - Ешь, не стесняйся, - придвигает ко мне добычу из холодильника.

***

Уже доедаю третий бутерброд, когда у меня назревает вопрос:

— Слушай, а почему Лаки?

Тайлер, сидящий напротив, дергает плечом.

— Долгая история. Вкратце, – поднимает глаза к потолку. - Видишь, в доме есть второй этаж? - киваю. - Ну так вот, пару раз его не было. Восстанавливали, - снова пожимает плечами под моим удивленным взглядом. – Я в детстве увлекался собиранием бомб из всего, что попадется под руку,и ни разу всерьез так и не покалечился. Вот и прозвали «Счастливчиком» на старом языке с Земли, - чуть не давлюсь от смеха: этот парень не перестает меня удивлять. - Хoчешь, тоже можешь так звать. Мне без разницы, - прищуриваюсь: так уж и без разницы? - Только Александром не зови, - верно истолковывает мой взгляд, – терпеть не могу.

— Заметано, - соглашаюсь.

Лаки допивает свое молоко залпом и ставит пустой стакан перед собой. Затем опирается локтями на стол.

— Можно тоже вoпрос?

— Валяй.

— Что у вас с Морган?

Не в бровь, а в глаз. И что ему на это ответить?

— Сделка, - отвечаю. В конце концов, он сам говорил, что в курсе нашей договоренности, заключенной, чтобы отвадить его дядюшку от Миранды.

Но младший Тайлер не так прост. Смотрит с прищуром, взгляд не отводит.

— И только?

— Не только.

Подробностей он от меня не услышит, но врать тоже не хочу.

К моему удивлению, Лаки расплывается в улыбке.

— Так я и подумал.

И все. Тема закрыта – ни одного вопроса.

Встает, сгружает стаканы и тарелки в посудомоечную машину.

— Пошли в мою комнату, - предлагает. – А то ничего не успеем.

***

Комнатa Лаки довольно маленькая. Или смотрится такой из-за обилия разнообразных предметов: какая-то аппаратура, назначения которой я не знаю, на столе – нечтo механическое, напоминающее недоделанную лапу робота. Задерживаюсь взглядом на крупном синем камне, установленном на подставке на пoлке над столом. Синерил – узнаю всегда и везде.

Хозяин комнаты явно замечает, на что я пялюсь, но никак не комментирует. Может, он и словоохотлив, но не обо всем ему хочется болтать. Это воспоминание, и не похоже, что приятное.

Поспешно отвожу взгляд от синерила (кто я такой, чтобы лезть человеку в душу?) и упираюсь им в широкую двуспальную кровать, которая совсем не вписывается в габариты комнаты.

Лаки снова беспечен, усмехается.

— Кровать купил, а в комнату побольше не переехал, – поясняет. - Ди часто ночует у меня. Надо бы, наконец, занять гостевую, но все руки не доходят.

Представляю. У меня бы тоже не дошли, учитывая количество вещей, которые придется переносить из комнаты в комнату.

— Давай свой комм, - протягивает ладонь. Снимаю и отдаю. Лаки усаживается на стул у стола и бросает мне уже через плечо: – Присядь где-нибудь. Я, надеюсь, недолго.

— Без проблем, – отзываюсь, осматриваясь и думая, куда бы приземлиться. Сидеть на чужих кроватях неприлично – с детства учила мама.

Наконец, нахожу придвинутый к окну табурет, на котором тоже лежит какая-то недоделанная механическая модель. Аккуратно перекладываю ее на подоконник и сажусь на освободившееся место.

Лаки разбирает мой коммуникатор, ловко орудуя инструментами. Замечаю, что он успел вставить в ухо наушник и, очевидно, включил музыку. Однако качество наушника соответствует сверхсовременному комму – до меня не доносится ни звука.