Книга Счастливчик, страница 4 – Татьяна Солодкова

Когда все сдают работы и тянутся к выходу, стою возле Морган у учительского стола с видом примерного мальчика. Сам же внутренне подпрыгиваю от напряжения, не хочу пропустить уход Дилайлы.

На столешнице собирается целая кипа бумаг. Бумажные бланки с тестами — визитная карточка ЛЛА, а заодно очередной прием, чтобы нагнать жути на поступающих. Кто пользуется бумагой в наше время?

— Лаки, занесешь тесты в мой кабинет? — игнорирую вопрос и продолжаю высматривать интересующую меня девушку. — Лаки, да что с тобой? — Миранда добавляет металла в голос. Хочешь не хочешь, а отреагируешь.

— Конечно, кэп, — улыбаюсь ей во все тридцать два зуба. Морган закатывает глаза. — Давай, до встречи, — хватаю стопку бумаг и быстро несусь к выходу, обруливая зазевавшихся абитуриентов: Дилайла почти покинула аудиторию.

— Лаки, — растерянно окликает меня Миранда. — Да что ж такое…

Знал бы я сам, что такое со мной творится. Но если упущу ее, в жизни себе не прощу.

Выбегаю из аудитории, кручу головой в разные стороны, пока не нахожу предмет своего нездорового интереса. Догоняю. Ровняюсь с ней.

Дилайла идет по коридору Академии с небольшой сумкой на плече. Лицо серьезное, смотрит под ноги. Волнуется, что не сдала первый тест?

— Привет, — нагло заговариваю.

Девушка сбивается с шага. Поднимает глаза. Смотрит раздраженно, даже зло.

— Чего тебе? — все так, как я и представлял: у нее приятный голос.

— Хотел с тобой познакомиться, — отвечаю с улыбкой правду. Не люблю юлить.

— Что, поклонниц мало? — Дилайла дергает головой, указывая куда-то в сторону.

Оборачиваюсь. И правда, у подоконника стоят две девушки, рыжая и блондинка, и не сводят с меня заинтересованных взглядов. Пожимаю плечом, ну их, неинтересно.

Пока отвлекаюсь, Дилайла продолжает двигаться в ранее выбранном направлении. Снова догоняю.

— Так можно с тобой познакомиться? — не отстаю.

— Нельзя, — отрезает агрессивно. — Думаешь, если капитан Морган взяла тебя в помощники, тебе все можно? — ее взгляд бьет по мне ледяной плетью. Она высокая, совсем чуть-чуть ниже меня, и наши глаза находятся почти на одном уровне.

— Вообще-то, на "все" я пока не претендовал, — напоминаю, не прекращая улыбаться, как полный кретин.

Дилайла изгибает бровь. Ей ничего не нужно говорить, и так понятно, что она думает: это самое "все" мне точно не светит.

— Хочешь поболтать, — вдруг заговаривает она, уже не пытаясь сбежать, и мы идем по коридору с одинаковой скоростью, — тогда расскажи, за какие такие грехи становятся прихвостнями старшего инструктора? Ты лучший студент? У тебя важные родители? Или как-то по-другому подмазался? — бросает на меня презрительный взгляд.

— Я тут в наказание, — отвечаю чистую правду.

— Ага, как же, — фыркает, не верит.

Девушка ускоряет шаг, и мне приходится ее догонять, а потом забежать вперед и встать перед ней, вынуждая остановиться.

— Чего тебе еще? — шипит недовольно. Симпатия, определенно, не взаимна.

— Можно хотя бы узнать, как тебя зовут? — не буду же я признаваться, что бессовестно рылся в базе.

Дилайла отступает на шаг, чтобы оказаться подальше от меня, скрещивает руки на груди:

— А ты знаешь, что некоторые народы на Земле раньше считали, что назвать свое имя — значит подвергнуть себя опасности? — интересуется.