Книга Бессмертный, страница 193 – Татьяна Солодкова

— Уходи, ты сможешь, — снова попросил Александр.

Я молчала, смотрела в лицо самого прекрасного человека, которого я когда-либо знала, и просто пыталась запомнить каждую его черточку. Сколько силы воли, любви к жизни, везения, ума, таланта… Как же так?

— Я люблю тебя, — прошептала я.

В этот момент в коридоре раздался шум бегущих ног.

— Камеры показали, они вошли туда!..

— Что им там надо?…

— Взрывайте дверь!..

— Как нет гранат?! Прожигайте!..

У двери началась суета. Если они решили прожигать дверь, это займет время, как минимум, несколько минут, если у них мощное оружие.

Я заметалась, обернулась на люк, на Александра, снова на люк.

Он был прав, черт, он был прав, если я попытаюсь его вытащить, я только продлю его страдания, но все равно не спасу… Не спасу…

Я снова повернулась к Александру, не знаю, что он прочел в моих глазах, но кивнул.

— Ты молодец. Эти тебе не помешают, — он мотнул головой в сторону трясущейся под напором двери. — Сигнал ты знаешь. Постарайся добраться до «Прометея», а потом до Рикардо. И еще, убедись, что с Лаки все в порядке, передай ему, что я его люблю.

Где же эти чертовы слезы, когда они так нужны? Потому что без них мне кажется, что мое сердце сейчас лопнет от боли. Но оно не лопается! Не лопается! Я продолжаю жить, а он умирать…

— Ухо…ди, — уже не так спокойно, с надломом.

А на двери появляется красная полоса, прорезанная лазером. Счет пошел на секунды.

Наверное, всему виной медикаменты, которых я наглоталась, но мне упорно казалось, что все что происходит не на самом деле, и вообще не со мной, что все это дурной сон, что я сейчас проснусь и увижу Александра на соседней подушке, и он ехидно усмехнется и скажет что-то вроде: «Не спится, моя старушка?»

Но это был не сон.

Я наклонилась и поцеловала его в так быстро побелевшие губы. Прижалась своим лбом к его, запустив руку в волосы.

— Сколько бы мне ни осталось, я буду любить тебя всегда, — прошептала я.

— Живи, — еле слышный ответ из последних сил.

Я отстранилась и встала на ноги, сделала несколько шагов к люку, а потом обернулась в последний раз.

Александр весело подмигнул мне, словно говоря свое привычное: «не дрейфь». Я не хотела знать, чего ему стоило это самообладание.

Я улыбнулась в ответ. Не хотела, чтобы последнее, что он увидел в своей жизни, была гримаса боли на моем лице.

А потом я отвернулась, выстрелила по замку от люка, быстро откинула крышку, и даже не смотря, что меня там ждет, прыгнула вниз.

Стоило мне приземлиться на пол гаража, наверху раздался взрыв.

Александр был прав, как и всегда, в гараже нас ждали, но в этой его части всего трое.

Я никогда еще не двигалась с такой скоростью. Говорят, когда отключаются эмоции, тело реагирует куда лучше. А эмоций у меня не было, меня вообще не было, меня только что не стало, там наверху. Меня больше нет, но и вам, ублюдкам, не жить.

Едва приземлившись, и еще даже не выпрямившись, я выстрелила с двух рук, уложив сразу двоих. Третий успел выстрелить в ответ, я ушла в перекат, выстрелила уже из-под прикрытия стоящего рядом флайера. Попала.

Из другого конца гаража послышался грохот бегущих ног.

Я должна была угнать флайер, я должна была спасаться. Александр этого хотел, он просил…

Я прострелила замок, забралась в флайер, включила двигатель.