Книга Предвестники Мельтиара, страница 117 – Влада Медведникова

На миг мне показалось, что впереди лишь наши отражения, вывернутые, искаженные до неузнаваемости.

Враги в нашем городе, на нашем этаже, после войны.

Я видела их так ясно – но словно через перевернутое стекло, на экране приборов. Враги стояли всего в нескольких шагах, но казались далекими и нереальными.

Реальной была лишь неподвижность Амиры; магия, не способная ее исцелить; Рэгиль, держащий Амиру за руку, не сводящий с нее глаз, не обернувшийся, когда поднялся барьер; и Мельтиар рядом со мной, темнота в его ладонях, ненависть и боль, жгучий ледяной поток.

Мельтиар смотрел на предателя, темнота раскалялась, искрилась. И в ответ Лаэнар глядел так знакомо – со страхом, восторгом и ожиданием, – словно не он ушел к врагам, не он стрелял в Амиру.

Словно не он убил ее.

Я стояла, не в силах пошевелиться, слушала, как звенит и пылает темнота, и знала: сейчас Лаэнар умрет, и ни я, ни Рэгиль не попытаемся спасти его.

— Уплывай! – сказал Мельтиар, глядя на него. – Это приказ.

Я успела увидеть, как Лаэнар встрепенулся, словно хотел ответить или рвануться вперед, но Мельтиар швырнул в него темнотой.

Она стала вихрем, сияющим и черным, обрушилась на Лаэнара, обрушилась на врагов, скрыла все. И исчезла в одно мгновение, без вспышек и искр.

Коридор перед нами опустел. Темнота забрала с собой Лаэнара и тех, кто был с ним, оставила лишь тело чужой девушки и следы крови.

Мир задрожал, расплылся, слезы сжали горло. Я опустилась на пол, стиснула плечо Рэгиля. Он не ответил, не шелохнулся – по-прежнему смотрел на Амиру, держал ее за руку. Его душа застыла в крике, в бесконечном падении.

Мельтиар обнял нас. Мы сидели так, втроем, глядя на Амиру, и время замерло, стало холодным и темным.

Ветер со мной, но сон ли это?

Я падаю так быстро, что воздух распадается на искры, свет распадается на песни. Скалы и стены мчатся навстречу, но я пролетаю сквозь них. Я бесплотен, я легче света, быстрее звука, ветер мчится за мной и не может догнать.

Ветер кричит что-то мне вслед, но я уже далеко, я падаю сквозь мир и не задеваю его.

Эхо войны накрывает меня – как оно задержалось в этих каменных стенах и черных плитах? Я успеваю вдохнуть запах пороха, звук выстрелов и боль, и они исчезают в вышине. Я падаю стремительно, в бесконечность.

Но я стою на земле. Чувствую ее босыми ногами – она рыхлая, прогретая солнцем. Солнце почти в зените, оно сияет сквозь ветви, сквозь шелестящий узор листвы. Деревья вокруг меня, тропы сплетаются, бегут между ними, золотистые тени дрожат. Волшебство касается кожи, холодит дыхание, и я улыбаюсь.

Я в Роще.

Но разве это возможно? Я помню: там что-то случилось, или я хотел что-то сделать. Да, я хотел уйти из Рощи.

Но я здесь. И Роща бесконечна, дома не теснят ее, каменные стены не закрывают, нет ворот, нет границ. Роща повсюду. Куда я хотел уйти?

— Эли, – говорит Нима.

Она стоит передо мной, я держу ее за руки. В ее волосах рыжие искры, в глазах – солнечные блики. На запястьях у нее тканые браслеты – я помню каждый из них. А на шее – незнакомое ожерелье, сердолик, золото и янтарь. Нима улыбается, но в глубине ее глаз беспокойство, словно она боится за меня.

— Подожди меня, – просит Нима. – Я скоро вернусь. Подожди меня здесь.

Я хочу сказать: нет, это я ухожу, ты решила остаться, мы говорили об этом. Но Нима не дает мне произнести ни слова.