Книга Дети войны, страница 66 – Влада Медведникова

Не спрашивая, я догадалась: «они» – это предвестники Эртаара, четверка с желтыми крыльями. Им приходилось сложнее, чем нам. Ведь мы отправились в путешествие со своей старшей звездой, Мельтиар в любой миг мог поддержать нас, а предвестники Эртаара были одни. Но казались такими спокойными, собранными. Никому из них не стало плохо от качки, они стояли на палубе, как на твердой земле, ловко перебирались по канатам и реям.

Армельте тоже не пришлось пить черный порошок. Неудивительно: крылатые воины привыкли скользить по течению небесных рек, привыкли к крутым виражам летающих машин. А я всегда сражалась на земле, и теперь меня укачало – хотя это еще слабый ветер. Будет сильнее.

Наверное, поэтому Киэнар отговаривал меня плыть. Но я не сдамся, не позволю морю одержать победу.

Армельта ушла, как только вернулся Мельтиар, и теперь он сидел за столом напротив меня, рассказывал о том, что вспомнил. Перед ним лежала карта, и он то и дело замолкал и вглядывался в нее, пытался угадать наш путь. Солнце еще не ушло на запад, но в каюте царил полумрак: свет едва проникал в круглые окошки, черные паруса закрывали небо.

Мельтиар взял меня за руку – легко, почти отстраненно, – и его чувства поглотили меня. Радость и горечь, уверенность и устремление – нахлынули, оглушили, и на миг я забыла, что должна дышать. Как он выдерживает это? С ним поступили ужасно жестоко: заставили забыть часть жизни, а потом отправили в путь, когда воспоминания едва пробудились. Он должен возвращаться к прошлому посреди враждебного моря. Почему старшие звезды так безжалостны к нему?

Я отодвинула кружку, обеими руками стиснула ладонь Мельтиара и попросила:

— Расскажи. Какие они?

— Их пятеро, – сказал Мельтиар.

Я слышала ток крови, биение пульса в его руке, сухой и горячей. Чувства пылали сквозь кожу: восторг, преклонение, разочарование, отчужденность. Такие противоречивые чувства к старшим звездам, к высшим звездам. Неужели они столь непостижимы?

Словно отвечая мне, Мельтиар проговорил:

— Это странно. Я вспомнил совсем немного, только самые ранние годы. Но чувства вернулись и из более поздних лет. И…

Он замолк, отвернулся к окну. Был едва различим в полумраке – волосы затеняли лицо наполовину, черты уже не казались такими резкими, как при свете дня. Корабль качался под нами, вокруг нас, голос волн доносился сквозь деревянные планки стен.

Мельтиар взглянул на меня и заговорил вновь:

— По возрасту самые старшие из них Цэри и Эрэт. У Эрэта седые волосы, но глаза темные, не выгорели от магии. Его легко разочаровать, и, кажется, он никогда не хвалил меня. Ильминар – его ученик. Он очень красивый, говорит всегда очень ясно, и я всего на несколько лет младше его. С ним связано что-то особенное. – Мельтиар закрыл глаза на миг, но почти сразу продолжил: – Я помню его в последние годы. Он смотрел на меня и не видел. Не видел никого вокруг, но взгляд был не пустой. И не такой, как у пророков. Я не могу объяснить. Может быть, вспомню потом.

Я слушала его, и вопросы таяли, не успев превратиться в слова. Все рассказы о тайном этаже – и то, что говорил Кори, и то, что вспоминал теперь Мельтиар, – походили на сказку, запутанную и странную. Но там, в чертогах тайны, – исток нашего света. Сердце нашей силы. Я младшая звезда, но должна попытаться понять.