Книга Дети войны, страница 111 – Влада Медведникова

Я иду спорить с бурей.

Сворачиваю с тропы, поднимаюсь по валунам, встаю на скале над кромкой прибоя.

Мой неутомимый противник уже здесь.

Вот она, буря, – грохочет, брызгами разбивается о камни, бьет меня ветром. Чайки кричат, падают волны. Но я не слабее бури, я не уйду.

Я поднимаю флейту, вдыхаю в нее первый звук, в нем все мои песни, они рвутся на волю. Превращаются в единую песню, пронзительную и страшную, рассекают ветер, рассекают море, сияют светом моей звезды.

Буря все громче, пенные гребни вздымаются, рушатся с высоты, соленый шквал налетает на меня снова и снова. Но ему не под силу заставить флейту умолкнуть – она кричит и поет, она борется с ветром.

Буре не переспорить меня, мне не переспорить бурю.

Гребни волн вдалеке все выше, все белее. Но небо светлеет у горизонта, я вижу синеву в разрывах туч. Ликование захлестывает меня, переполняет флейту – я сильнее шторма! А потом я вижу: там, впереди, не белая пена. Это крылья вздымаются из моря, взлетают на волнах, становятся все больше, все ближе.

Мои пальцы скользят по телу флейты: она уже не спорит, она предупреждает и плачет. Я смотрю на бессчетные крылья – под ними сотни и тысячи лодок, огромных, каждая больше, чем мой дом, больше, чем наша деревня. Шторм обходит нас стороной, небо светлеет – но чужие лодки идут к берегу, они причалят совсем скоро.

Я понимаю – с этой бурей я тоже должен сразиться.

Я опускаю флейту, спрыгиваю по камням, пою на ходу. Песня ветра подхватывает меня, толкает вперед. Едва касаясь тропы, я бегу вместе с ветром.

Я видел бурю, я должен сказать о ней.

В глубине души я надеюсь: видения или сны предупредили деревню – но нет, она безмятежна. Я уже миновал свой дом и шатер собраний, кухонные очаги и жилище младших звезд. Отзвуки песен подступают ко мне, холодят и согревают кожу – следы всех, кто живет здесь, кого я знаю много дней и лет. Я останавливаюсь посреди деревни, зову, начинаю говорить.

Сперва приходят старшие, встают полукругом. Затем появляются остальные, подходят один за другим – и вот все наши звезды слушают меня. И я говорю:

— Они идут с бурей. Их больше, чем волн на море. Берите оружие, вспоминайте самые страшные песни, идите со мной – мы должны отогнать чужаков, не дать им ступить на берег.

Старшие звезды глядят без тревоги, слушают, но не слышат. Отвечают мне:

— Шторм длится много дней, никто не сможет причалить.

— Твоя звезда ослепляет тебя, ты слишком жаждешь сражений.

— Даже если они ступят на берег, мы сделаем так, что они захотят уйти.

Я смотрю на них и чувствую, как утекает время. С каждым мгновеньем крылатые лодки все ближе. Я говорю:

— Вы не хотите сражаться. Тогда бегите прямо сейчас в Эрату и к Песне Водопада. Предупредите всех!

Я протягиваю к ним руки, я готов умолять, но старшие звезды не отвечают.

Здесь я прожил всю жизнь: пять раз по десять лет и еще два года, но я – блуждающая звезда, а значит, я изгой. Мне позволено оставаться здесь, но меня слушают, только когда хотят услышать.

И нет времени спорить. Я спрашиваю:

— Кто пойдет со мной?

— Я, – говорит Нирани.

Люди расступаются, она подходит ко мне, протягивает лук и стрелы. Нирани. Я знаю ее как себя, она всегда была рядом. Она слышит мои мысли, чувствует мои сны и не боится моих песен. До сих пор каждое утро она вплетает в волосы медвежьи клыки – трофей моей первой охоты.