Книга Голос крови. Антология, страница 26 – Эдуард Шауров, Влада Медведникова, Алекс ТекилаZZ, и др.

Она натыкается на него в дни первых холодов. Он выглядывает из проулка и следит за ней своими лазурными глазами. Именно по ним она его узнает. И дело даже не в том, что он исхудал и утратил былой лоск. Его черты изменились, и она понимает, что это иллюзия утратила свою силу. Заметно, что он давно не пил кровь.

Так вот он какой, истинный лик волака? Не урод, не красавец, ничем не приметное лицо. Только необыкновенные лазурные глаза остались прежними.

Он еще не стал оборванцем, но уже близок к этому. Одежда изрядно потрепана, но еще не грязна и не в лохмотьях. Очевидно, что ему негде жить, он ночует, где попало, и работает, кем придется.

Волак пятится, осознав, что она его узнала. Торопится уйти, но она нагоняет его в проулке и окликает.

— Что с тобой?

— Не желаю больше быть паразитом.

— Ты худой, как щепка. Когда ты последний раз ел?

— Я ем. Каждый день. Честно! — поспешно заверят он.

— Но тебе, чтобы жить, нужна кровь. Без нее ты умрешь. Ведь так? — Она теребит его поношенный свитер, который плохо защищает от холода.

— Я не пью ее больше…

Они смотрят друг другу в глаза. В ее голове тысяча вопросов, но она не знает, какой из них задать.

— Ты пришел ко мне?

Он крутит головой, не соглашаясь, и отводит глаза.

— Неправдоподобно. Мы стоим в двух шагах от моего дома. Скажи, что ты хотел?

Теперь он решается взглянуть на нее. И по его глазам она понимает, как сильно он стыдится своего истинного вида.

— Увидеть… в последний раз. Зиму мне не пережить.

— Тебе нужен дом, тепло, еда. Все будет хорошо. Ведь есть же кровь животных. Я могу ее тебе купить!

Она волнуется. Руки дрожат. Но он упрямится.

— Поэтому я и не хотел, что бы ты меня видела. Знал, что пожалеешь. Но я не хочу начинать опять. Кого ты жалеешь, Оленька?

Он нежно касается ее щеки рукой, сплошь покрытой мозолями. Несложно понять, что эти месяцы он много работал. Возможно, больше, чем за всю свою прошлую жизнь.

— Я лгал тебе. И снова буду лгать. Ради крови. Только теперь я с тобой честен. Вампирам нельзя доверять. Нам не стать людьми снова.

— Но ты говорил…

— Я врал! — вспыхивает он. — Уходи. Я тебя увидел…

Она утирает рукой слезы и мотает головой, не соглашаясь.

— Ты уже им стал. Только человек способен на самопожертвование.

Он устало молчит, опустив голову. Она кожей чувствует, что ему холодно.

— Но я тоже человек. И не позволю тебе умереть по моей вине. Это же я тебя пробудила к свету.

Она всхлипывает и смеется сквозь слезы.

— В конце концов, это такая малость — два глотка каждое новолуние. Будем считать это моим донорским взносом в дело спасения умирающих.

Да ладно, Дим, если уж ты неудачник, то про меня и говорить нечего. Посмотри на себя: в тридцать лет при должности, денег хватает, чего еще надо? А что у тебя на столе? Коллекционный виски. Двадцать один год какие-то шотландцы ждали, чтобы мы могли эту бутылочку раздавить. Я такой алкоголь купить не могу. Правда, пару раз благодарные пациенты приносили, но это не в счет.

— Только в России служащие банка зарабатывают больше, чем врачи.

— Так ты же не простой служащий, а руководитель отдела, как ни крути. Давай-ка за тебя по пятьдесят.

Михаил разлил виски по стаканам. Мы чокнулись и выпили. Шотландский алкоголь действительно был хорош. Приятный дымный аромат и чуть-чуть привкуса молочного шоколада на языке.