Книга Тигель, страница 17 – Влада Медведникова

Горы приблизились – уже не дальняя тень, а высокие скалы, свинцовые уступы и стены. Повозка катилась по дороге, усыпанной желтым песком. Впереди шеренгами выстроились столбы, их навершия искрились, воздух над ними мерцал, наливался светом. Почти как купол, что защитил повозку. Точно!

Но где же та птица?

Риз боялся моргнуть, вглядывался, глаза жгло от жары и пыли. Но видел только горы и переливчатый полог. Еще миг – и повозка оказалась под ним.

Воздух стал прохладней, чище. Сердце трепыхнулось в груди, волной накатило новое чувство – Риз судорожно вздохнул и узнал его.

Из селения тянулся запах жизни. Свежий, дразнящий – неужели там высокие травы, переполненные силой, или летний лес, или озеро, где плещется рыба? Нет, наверное, только люди. Риз уже видел невзрачные кубики домов.

Повозка вкатилась на широкую площадку и замерла возле одной из опор. Громыхнула дверь.

— Риз, спускайся! – позвал Нивер. – Дальше своим ходом идем.

Вот бы сейчас спрыгнуть! Прямо с крыши на желтый песок – дома Риз бы так сделал. Столько раз прыгал из окон Дворца. Но во Дворце ноги не наливались свинцом, а земля не била так больно в ответ. А тут и насмерть можно расшибиться.

Риз вздохнул и слез по скобам.

Когда он оказался рядом, Хиша взглянула на него, но ничего не сказала. Сердится, что убежал? Нет, тогда бы обзывалась дураком или еще как-нибудь. А она молчала, только снова и снова трогала бусины в косах, и с руками у нее было что-то не так. Точно! Ладони забинтованы крепко-крепко, а все равно сквозь белое полотно проглядывают красные росчерки. Светятся.

— Да, замотали ей руки, – сказал Нивер – будто мысли услышал. Затянул потуже пояс с инструментами и добавил: – Я тут очень давно не был и местных не знаю. Лучше шаманские знаки спрятать пока. И ты тоже не растворяйся, пусть думают, что ты обычный человек.

Легко Ниверу говорить! Риз никак не мог понять, от чего вдруг становится прозрачным и неуклюжим. Всегда ненадолго, на пару мгновений, но и этого хватит, заметят.

Заскрипел засов – Куго навалился на дверное колесо, повернул до предела. Вены у него на руках вздулись от усилия. В нижнем мире все такое неподъемное, даже взрослый едва справляется. А может, просто повозка старая, проржавела вся.

Идти оказалось непросто. Ноги тяжело впечатывались в песок, каждый шаг отдавался тянущей болью. Нечестно. Ведь Риз столько раз бегал по повозке, взбирался по скобам, прыгал – почти не уставал! Только одно дело – скакать на месте, а совсем другое – идти и идти, мимо высоких опор, вдоль старой ограды. Когда же кончится эта дорога? С крыши вездехода казалось, что дома совсем рядом.

Хиша взяла его за руку, крепко стиснула ладонь. Перед глазами заплясали золотые искры, и тоскливые мысли схлынули – Риз очнулся. Вскинул голову, принялся озираться – ведь мог пропустить что-то интересное!

Дорога превратилась в аллею. По обеим сторонам росли деревья – приземистые, с нелепыми короткими ветвями. И кора, и пучки кожистых листьев были красновато-бурыми, как запекшаяся кровь.

Впереди возвышался дом – каменный куб с крохотными окнами и черной дверью.

— Значит, так, – сказал Нивер. Он остановился, порылся в свисавшей с пояса сумке, выудил круглую бляху, кивнул сам себе. – Поговорю с администрацией, а вы ждите.