Книга Неизбежность, страница 92 – Ева Яма

Ник двинулся первым — резко, почти без предупреждения, и уже в следующую секунду его кулак врезался в скулу Рейнара с таким звуком, что у меня внутри все сжалось. Голова принца дернулась, кровь брызнула из разбитой губы, но он не отступил, наоборот, шагнул вперед, врезаясь плечом в корпус противника и сбивая его дыхание.

Они сцепились вплотную, и бой потерял даже видимость аккуратности: удары стали короткими, тяжелыми, грязными, пальцы вцеплялись в одежду, ткань трещала, локти били по ребрам, колени находили живот. В какой-то момент Ник провел рукой по боку Рейнара, и рубашка разошлась под пальцами, оставляя на коже длинный порез, из которого сразу выступила кровь.

Рейнар ответил без колебаний — короткий удар снизу, в челюсть, заставил голову Ника откинуться назад, но тот лишь рассмеялся, сплёвывая кровь и снова бросаясь вперед.

Они рухнули на траву вместе. Рейнар оказался сверху. И тогда все окончательно потеряло границы. Он бил его с такой яростью, будто хотел выбить не только дыхание, но и саму возможность встать снова. Кулаки врезались в лицо Ника раз за разом, с глухим влажным звуком, от которого хотелось отвернуться — и невозможно было это сделать. Кожа на костяшках быстро лопнула, кровь смешивалась, стекала по пальцам, по запястьям, капала вниз, впитываясь в траву.

Ник перестал сопротивляться не сразу. Сначала пытался закрываться, потом лишь дёрнулся пару раз, а затем просто обмяк под ударами.

Рейнар замер только тогда, когда дыхание стало рваным и тяжелым, и медленно поднялся, отступая на шаг, словно возвращаясь из какого-то другого состояния.

Ник остался лежать неподвижно.

Толпа загудела, кто-то рванулся вперед, но в этот момент Рейнар повернул голову. И задержал на мне взгляд. Кровь стекала по его подбородку, по шее, оставляя темные дорожки, и от этого взгляд казался еще тяжелее, еще глубже. Он не пытался вытереться, не спешил привести себя в порядок, будто этот вид был ему привычен. Принц взял у кого-то куртку и направился ко мне, не отрывая взгляда.

— Теперь мы будем идеальной парой на балу, — сказал он с легкой усмешкой, как будто все произошедшее было всего лишь неудачной шуткой.

Улыбка все же коснулась губ, хотя боль тут же напомнила о себе.

Краем глаза я заметила Сандру. Она смотрела так, будто прожигала насквозь, и в этом взгляде не было ни капли сомнений — только желание уничтожить. Но стоило Рейнару повернуться в ее сторону, как все изменилось: злость сменилась чем-то другим, более темным, почти жадным, направленным уже не на меня.

Я отвернулась. Не хотела видеть.

Позади послышался хрип. Ник не потерял сознание. Он медленно приподнялся, отталкивая руки тех, кто пытался его удержать, и, закашлявшись, сплюнул кровь, которая густо растеклась по траве.

— Ты одолел меня в драке, — произнес он хрипло, проводя ладонью по разбитым губам, — но не думай, что победил в войне.

В этих словах не было ни злости, ни отчаяния. Только уверенность. Спокойная, неприятная, как знание того, что все еще впереди. Его взгляд нашел меня сразу. Не скользнул — зацепился и не отпустил. На разбитом лице эта улыбка казалась почти неуместной, но именно она делала его опасным. В ней не было ни боли, ни поражения, только какое-то странное, тихое удовольствие, будто происходящее было лишь частью игры, правила которой знали только он и… кто-то еще.