Книга Неизбежность, страница 146 – Ева Яма

— Тебе придется рано или поздно принять мои условия. По-другому тебе не справиться, — голос Кайи отозвался эхом в голове, сухой и безжалостный. А следом перед глазами всплыл образ умирающего Рейнара, бледного и безжизненного.

Я на секунду зажмурила глаза, прогоняя наваждение.

Мы сойдёмся только на моих условиях, — строго ответила я внутренне и переключила внимание на Меггану.

Она все ходила по комнате и что-то бормотала себе под нос. Потом резко остановилась. Повернулась ко мне:

— Что сказал Томпсон?

— Что от Кайи начинается род моей матери. Мой, — с трудом выдавила я, сглатывая ком в горле. — И что он хочет найти Темного.

В глазах мачехи увидела внутреннюю борьбу. Она закусила губу и сложила руки на груди. Ее голова слегка покачивалась, взвешивая каждую мысль.

— Ладно... — вдруг выдала она.

Мои глаза округлились. Я ожидала возмущения, страха, вопросов. Но не этого спокойного согласия.

— Твой отец приедет вечером, — продолжила Мег. — Он должен привести некоторые книги, свитки и прочие артефакты, что сохранились со времён правления императора.

Уголки моих губ дрогнули в улыбке. Отец совсем скоро будет здесь. В теле родилась радость, согревающая изнутри. Он не просто будет рядом — что лучше любой награды, — он привезёт ответы на множество моих вопросов.

Но эта радость прожила недолго. В глаза кинулось собственное отражение в оконном стекле — размытое, чужое — и вдруг ясно представила, как отец отворачивается от меня. Как в его взгляде медленно гаснет любовь.

Его можно понять.

Его дочь стала чудовищем.

Опасностью.

Оружием, которое он не сможет ни принять, ни уничтожить.

А жертва Мегганы?

Я лишила его наследника.

Что может быть хуже?

Пальцы сами сжали ткань рубашки. И та жалобно хрустнула, будто пыталась вырваться из моего плена.

— Хватит страдать! — резко выплюнул голос Кайи у меня в голове. — Ты меня своей жалостью задушишь. Мерзость. И как мой потомок мог оказаться таким слабым?

Ее раздражение скребло по нервам, но я не ответила. Сейчас у меня не было сил спорить с ней.

Повернулась к Меггане. Она стояла у стола, нахмурив брови, пытаясь сложить невидимую карту будущего.

— Мама... — голос предательски дрогнул. — Ты думаешь, нам стоит отправиться за Темным?

Вопрос прозвучал тише, чем я хотела. Хотя внутри я уже знала ответ.

Меггана подняла на меня глаза.

— Я... — начала она и замолчала.

Тишина растянулась между нами, густая, как дым после пожара. Я слышала только собственное дыхание и далёкий стук крови в висках.

— Это необходимо, — наконец сказала она. — Но только после того, как ты научишься контролировать силу. Иначе... я не пущу тебя.

В ее голосе не было угрозы. Только твёрдое решение.

Я кивнула. Мы обе понимали — другого пути нет.

— Я пойду к себе, — тихо сказала я и направилась к двери.

Рука легла на ручку. Холод металла прошелся по коже, как напоминание. Назад дороги больше не было.

— Элира.

Я обернулась. Королева смотрела на меня долго и внимательно:

— Постарайся поговорить с ней. Мы все на одной стороне.

Кайя не была темным Богом при жизни, и у нас один долг, пронесённый через года. Мы действительно были на одной стороне, но она почему-то стала об этом забывать.

*****

На первом этаже, у фонтана, мне преградил путь Рейнар.

И я сразу вспомнила тот день, когда он лежал на моей кровати, источая лишь трупный холод. А следом перед глазами всплыла совсем свежая картина: кабинет, и Рейнар, закрывающий собой мадам Рутт. Я поежилась. Как же прекрасно было бы сейчас стать черепахой: спрятаться в панцирь, чтобы ни я не смогла коснуться кого-то, ни меня не тронули. Все были бы в безопасности.