Книга Неизбежность, страница 136 – Ева Яма

— Ваше Величество, — начал мужчина, поклонившись, но не сказал больше ни слова.

— Я вас слушаю, — тихо произнесла я, убирая волосы за ухо.

— Это мы вас слушаем, — сказала женщина за его спиной.

*****

Зал вдруг стал тесным. Воздух потяжелел настолько, что каждый вдох приходилось будто отвоёвывать.

Я никак не могла заставить себя поверить, что разговор действительно происходит. Слова звучали. Складывались в предложения. Доходили до слуха. Но разум отказывался принимать их.

— И что мне теперь делать? — спросила я наконец.

Даже война не выбивала почву из-под ног так безжалостно.

Парень, сидевший прямо на ступенях подиума, лениво пожал плечами.

— Ты, конечно, можешь отправиться к ней, — он удобнее расположился на ступенях, — но чары с такого расстояния не сможешь сдержать.

— Или, — продолжил за него мужчина, — можешь остаться здесь.

— А как же свадьба? Элира ждет меня.

— Значит, будет ждать напрасно, — вмешалась женщина, молчавшая все это время.

Три человека.

Три Бога, пришедшие предупредить... и напугать.

— Ей будет сложно. Она понесёт разрушение не только во дворец, но в свою собственную жизнь, — лениво протянул парень, закидывая голову назад.

Бог грани — Кайл. Тот, кто стоит на границе между жизнью и смертью. Тот, кто забирает себе юность у тех, кому было не суждено родиться.

— Ну, не все так плохо, — улыбаясь сказала женщина, — просто немного потеряется. С кем не случалось?

Богиня непрожитых судеб — Вельма. Второе доказательство того, что с моим ребенком что-то не так.

Челюсть дрогнула. Слеза сорвалась раньше, чем я осознала, что плачу. Руки легли на живот и монотонно ходили кругами, словно пытались коснуться ребенка через кожу, чтобы запомнить его лицо, его маленькие ручки...

— Ты можешь попытаться спасти своего ребенка, — начал мужчина, — Или можешь попытаться помочь чужому.

Бог времени — Крован. Тот, кто сможет на время сдержать чары, чтобы я могла быть рядом с Элирой.

Тишина стала почти осязаемой.

Трое.

Три Бога.

Они пришли...

Нет.

Не поэтому.

Крован посмотрел на меня так спокойно, будто произносил истину, существовавшую задолго до нашего рождения:

— Твой сын все равно не увидит этот мир.

Я покачала головой.

— Нет... — с губ сорвался короткий, почти истерический смешок. — Ты ошибаешься.

Крован молчал.

— Вы же Боги... Вы можете ошибаться? Ведь можете?!

Никто не ответил. И внутри все скручивалось в тугой узел. Я сделала шаг вперед. Потом еще один.

— Если дело во мне... заберите мою магию. Заберите жизнь.

Кайл сидел на ступеньках, не смотря в мою сторону. Крован отвернулся к окну, словно даже не слышал. И только Вельма смотрела мне в глаза. Но не было в ней сочувствия, жалости — ничего, что могло бы вытянуть меня из глубины.

— Хотите годы? Заберите годы. Хотите память? Хотите мое имя? Хотите, чтобы меня забыли? Заберите все... — голос дрогнул. — Только не его...

Пальцы вцепились в ткань платья на животе так сильно, что ногти прорвали шёлк.

— Он же еще ничего не видел... — воздух перестал доходить до легких. — Он не видел солнца... — слезы уже невозможно было остановить. — Он даже не сделал первый вдох...

Мир расплылся.

Каменный пол встретил меня раньше, чем я успела выставить руки.

Я обняла живот обеими руками так крепко, словно могла удержать его внутри себя.