Книга Правило Мафиози: Моя Адвокатша, страница 5 – Сирена Лавер

"Что вы делаете?" — крикнула Анна, когда он прижал её к стене, его тело — сплошная мускулатура под мокрой рубашкой — придавило её, руки сжали её запястья над головой.

"Беру то, что хочу," — прорычал он, разрывая блузку одним движением, пуговицы разлетелись по полу, обнажая кружевной бюстгальтер. Его губы впились в её шею — грубо, властно, зубы кусали кожу, оставляя красные следы, язык скользил по ключице. Руки скользнули по телу, срывая остатки одежды: юбку, чулки, трусики, обнажая грудь и бедра. Анна сопротивлялась, била кулаками по его груди, царапала спину ногтями, оставляя полосы, но его сила была подавляющей, как волна Невы в шторм. "Нет... пожалуйста... остановитесь! Это изнасилование!"

Но внутри неё разгорелся огонь — жажда опасности, которую она прятала годами, тайное желание подчиниться сильному мужчине. Его поцелуи были как удар тока: язык вторгался в рот, исследуя, руки сжимали бёдра, пальцы грубо ласкали грудь, сжимая соски до боли, вызывая стоны против воли. Он сорвал с неё последние лоскуты, прижал к кровати, его вес навалился, не давая пошевелиться, колено раздвинуло ноги.

Она плакала от страха и неожиданного желания, слёзы текли по щекам, но тело предало: ноги обвили его талию, бедра приподнялись навстречу, клитор пульсировал. Он расстегнул брюки, вошёл в неё резко, без нежности, доминируя каждым толчком, заполняя полностью, растягивая. Боль пронзила, как нож, но смешалась с наслаждением, волнами накатывающим от трения. Её крики — от ужаса и экстаза — эхом отражались в комнате, ногти впивались в его плечи. Он двигался яростно, руки сжимали запястья над головой, губы шептали грязные слова: "Чувствуешь меня? Ты создана для этого, для моего члена внутри тебя."

Оргазм накрыл её внезапно, тело выгнулось дугой, мышцы сжались вокруг него, стоны перешли в крик удовольствия. Он последовал за ней, изливаясь с рычанием, глубоко внутри, и затем обмяк, держа её в объятиях, пока она рыдала, тело дрожало от послевкусия. "Почему? — прошептала она, голос хриплый, пальцы гладили его спину. — Почему вы это сделали?"

"Потому что ты — моя теперь, Анна. Привыкай."

С той ночи их связь углубилась. Анна возвращалась в свой мир днём — суды, где она сражалась за клиентов с новой энергией, офисные встречи с коллегами, рутинные звонки и анализ документов. Но ночью он звал её: в подпольные клубы на окраинах, где мафиози заключали сделки с призраками под стробоскопами, обменивая информацию на обещания крови; на старые мосты вроде Благовещенского, где тени требовали крови, шепча пророчества о будущих заговорах. Она защищала его людей в суде, втягиваясь глубже в паутину, её совесть боролась, но притяжение побеждало. Однажды вечером они встретились в секретном баре под Петропавловской крепостью, где он показал ей, как заключает сделку с тенью — призрак бывшего босса шептал о предателе в клане, в обмен на душу мелкого торговца.

Страсть вспыхивала каждый раз: после сделки он прижал её в тёмном углу бара, руки под платьем, пальцы проникая внутрь, заставляя стонать тихо, пока бармен делал вид, что ничего не видит. "Ты моя, — шептал он, целуя шею. — Всегда."

Однажды ночью они оказались в подпольном казино, спрятанном в подвалах под Эрмитажем, где исторические стены с фресками скрывали современные пороки — рулетки вертелись, чипы звенели, дилеры в смокингах раздавали карты. Неон мигал синими и красными вспышками, карты шуршали в руках, воздух был густым от сигарного дыма, пота, парфюма и напряжения высоких ставок. Мафиози из разных кланов сидели за столами, их лица — маски спокойствия, скрывающие расчет и злобу, телохранители стояли в углах с руками на кобурах. Алексей играл в покер с главным — Сергеем Рязановым, главой враждебного клана, краснолицым бугаем с шрамом на щеке от старой драки. Ставка была огромной: контроль над портом на Васильевском острове, где проходили грузы с оружием и контрабандой, приносящие миллионы.