Книга Госпожа Лидия, страница 82 – Малиновая Карамель

Вроде бы он его подбадривал ухаживать за мной и пробраться в мою спальню, но делал это столь заботливо и ненавязчиво, что я не могла его упрекнуть. Всё же для них норма, что постельный раб находиться подле госпожи и готов на всё ради неё. А Барчи к тому же был взрослым мужчиной, а не зелёный юноша, и осознанно променял мимолётные знакомства с разными эрсхонками и инопланетянками на возможность стать членом семьи.

Я не уверена, что когда-нибудь привыкну к такому. Всё же не смотря на длительное время, проведённое на Эрсхо, я мыслила, как землянка, и в моём понимание не может быть у добропорядочной замужней женщины любовников, пусть и именуемых рабами.

Но я не на Земле, а значит надо соответствовать принятым нормам.

— Хорошо. – приняв решение, я не стала откладывать в долгий ящик этот вопрос. – Госпожа Пирья! – позвала эрсхонку, чтобы официально подтвердить сделку.

— Минутку, госпожа Лидия. – словно сквозь несколько толстых стен услышала её ответ. – Я сейчас подойду.

Видимо она решила создать для нас уединение и ушла куда-то далеко, чтобы не подслушивать.

— Барчи, вставай с колен. – приказала уже почти своему рабу. – Я не люблю всего этого показного раболепства. Правилам следовать нужно только, когда мы на официальных мероприятиях или у меня в гостях кто-то из Верховных. – сразу расставила все точки на «е». – Я требую от своих рабов не покорности и ложной заботы, а честности во всём и безграничной преданности. Если встанет вопрос, где на одной стороне буду я, а на второй что-то для тебя важное, ты должен всегда выбирать меня.

Да, я требовала многого от почти постороннего эрсхонца, но по-другому не могла. Я должна быть абсолютно уверенной и спокойной в своём доме, не бояться повернуться к нему спиной, спать с ним под одной крышей.

В первый год после рабства я спала урывками и очень тревожным сном, пряча под подушкой кинжал, всегда оставаясь настороже. Об этом знали все домочадцы, но Картиваль как-то пошёл меня будить, запамятовав об этом. Я думала, что ко мне проник работорговец или мой бывший хозяин, чтобы похитить, потому, не думая, полоснула кинжалом по воздуху, вскакивая с кровати и крича на весь дом.

Порез был неглубокий, но тогда я серьёзно испугалась за младшего мужа Ламины, который стал почти другом. После этого я перестала брать оружие в кровать и хоть ещё какое-то время плохо спала, вскоре кошмары начали отступать и почти исчезли из моей жизни.

— Госпожа, – встав с колен, Барчи поднял на меня свои голубые глаза, что горели живым пламенем, – я никогда не врал женщинам, да и мужчинам. Вы выбрали меня, обычного эрсхонца без особых талантов или красоты, взяли в пожизненное рабство. – чисто номинально ещё не взяла, но не стала перебивать его речь. – Госпожа, я клянусь вам и самой Аль, что никогда не предам вашего доверия, не причиню вреда, не помыслю оскорбить или обидеть. – он говорил быстро, на одном дыхании, будто переживал, что я его перебью, но я не могла, слушая его будто под гипнозом. – Поверьте мне, госпожа Лидия.

— Верю. – слегка приподняла уголок губ в улыбке, но про себя подумала: «Время покажет».

В прошлом я часто ошибалась на счёт других, но с возрастом стала лучше разбираться в людях и почти никогда не обманывалась в чувствах. Если кто-то был мне неприятен с первого взгляда, он оказывался гнилым изнутри, и наоборот, когда я с первого взгляда признавала собеседника достойным доверия, он обычно таким и оказывался. Как например муж Пирьи. Он был верным своей службе до мозга костей, добросовестный и ответственный работник и при этом опытный воин, что поднимал оружие лишь для защиты слабых.