Книга Госпожа Лидия, страница 51 – Малиновая Карамель

— Мам, я, наоборот, радуюсь за Лидию. – недовольно надула губы девушка, сложив руки на груди. – У них на Земле принято кричать «горько», чтобы в браке всё было противоположно. Я уверена, что мужья Лидии достойные мужчины и не заставят её плакать, но так как она землянка, я решила максимально погрузить её в атмосферу Земли.

От слов девушки мне стало спокойнее на душе. Всё же у меня совсем иная жизнь. Раньше я не думала о том, что кому-то есть до меня дело, кроме директора приюта, где я жила. Лариса Ивановна была мировой женщиной, что держала нас в строгости, но всегда вставала на нашу сторону в конфликтных ситуациях.

Когда меня били девчонки в школе за слишком яркие волосы и из-за того, что Петя Гри́вин предложил погулять после школы, именно Лариса Ивановна замазывала тональным кремом мои синяки и отправила меня в секцию по рукопашному бою, чтобы в следующий раз, синяки были не у меня, а у тех, кто напал.

Единственной моей подругой была дочь Ларисы Ивановны, Даша. Она была младше на четыре года, но, как и я постоянно влипала в неприятности. Нередко мы вместе сидели в комнате наказаний, думая над своим поведением, а по большей части рассказывая друг другу свои приключения.

С того дня, как я попала к работорговцам и покинула Землю, я не связывалась со знакомыми. Мне казалось, что они будут думать обо мне плохо. Ведь поначалу я боялась смотреть на себя в зеркало, не то, что разговаривать с другими. А это совершенно не та Лидия, что была грозой своего района, защищая младших сироток от нападок.

Уже потом, когда я стала старше, и прикрываясь личиной Лили спасала попавших в рабство женщин и детей, у меня возникло желание связаться с Ларисой Ивановной и Дашей, рассказать им о моей жизни, о том, чего я достигла. Но мысль, что они не помнят меня, что забыли, холодным комом поселилась в сердце, препятствуя этому шагу. А кроме них ничто не связывало меня с Землёй.

— Спасибо, Ламина. – смаргивая с глаз пару скупых слёз, что выступили от воспоминаний о прошлой Лидии, что давно канула в лета, я подошла к молодой эрсхонке, притянув в свои объятия, чем не мало её удивила. – Благодаря твоим стараниям, я чувствую себя самой счастливой.

— Правда? – недоверчиво спросила она, обнимая меня в ответ. – Ди, я и мама безумно за тебя рады. – когда я отстранилась начала она быстро говорить, будто беспокоилась, что я её перебью. – Ты давно стала для нас членом семьи, и мы переживали, что ты никогда не бросишь свою опасную работу. А сегодня ты стала настоящей эрсхонкой! – в её голосе перемешался восторг с волнением. – Я так за тебя рада! Теперь ты больше времени будешь проводить на Эрсхо, а не в космосе. И главное, тебе не потребуется снова рисковать своей жизнью. – от её слов я немного смутилась.

Я знала, что моя деятельность была не самой лучшей в плане безопасности, хоть и приносила много пользы, но слышать об этом от Ламины было очень странно. Мы с ней были не то, чтобы подругами, скорее старыми знакомыми, а вот её мать для меня была настоящей подругой, хоть у нас и огромная разница в возрасте, но с ней мы прошли огонь и воду. Но знать о том, что кто-то о тебе волнуется, переживает и желает счастья, было очень приятно.

— Ламина, хватит смущать Лидию. – прервала затянувшуюся паузу Верховная, отстраняя свою дочь и сама обнимая меня.