Книга Госпожа Лидия, страница 20 – Малиновая Карамель

— И как это происходит? Ты приходишь к любой эрсхонке с ошейником и встаёшь на колени? – мне было очень неприятно слышать, что кто-то добровольно отдаёт свою жизнь в руки другому, лишает себя свободы воли, в то время как я длительное время мечтала об этом.

— Что вы! – громко рассмеялся Картиваль, словно я рассказала неприличный анекдот, закинув голову назад. – Всё совсем не так. Видимо вы не дочитали до этой части. Рабство строго контролируется, по сути, это договор между госпожой и рабом, где обе стороны должны соблюдать определённые условия. Совершеннолетний эсрхонец приходит в отдел по контролю за рабами, и подписывает десяток бумаг, среди которых он должен ознакомиться с правами и обязанностями раба, выбрать категорию, в которой он хочет быть, а также подписать договор и пройти трёхмесячный курс. Я решил стать рабом для удовольствия. Я успел сменить трёх хозяек, прежде чем попал к госпоже Ламине, но все они были очень милыми и остались в моих воспоминаниях.

— А как раб переходит от госпожи к госпоже? – после услышанного мне стало немного легче, ведь если рабство отнести к юридической сделке, это воспринималось проще и, что ли, правильнее.

— Только с его разрешения. – поняв, что смог зародить сомнения в моей душе, относительно неправильности рабства. – Если он не против, его могут отдать другой госпоже на время, либо обменять навсегда, такое нередко происходит, когда рабов много и госпожа не уделяет им внимания, они просят о том, чтобы им нашли другую. – Картиваль слегка пожал плечами, показывая, что это обычное дело. – А также, если раб совсем не подходит госпоже, она в праве вернуть его в отдел контроля рабов, тогда он либо пройдёт повторное обучение, если проблема в незнании им законов или неопытности, либо просто будет предложен другой госпоже.

— Неужели вы не боялись за свою жизнь? – не давала покоя мне эта мысль. – Что госпожа будет зла и прикажет вас наказать, избить или ещё хуже.

— Меня наказывали, даже госпожа Ламина. – Картиваль вроде произнёс страшную фразу, но каким-то задорным голос. – И в этом нет ничего страшного, госпожа Лидия. Согласно законам, госпожа не может насиловать, калечить и убивать рабов. Но наказания, они допустимы в соответствие с проступками. И чаще всего, наказания — это не акт насилия, а акт удовольствия.

— Удовольствие?! От чего? – в шоке распахнула рот и глаза, осматривая молодого мужчину, который казался мне довольным жизнью.

— Ох… – тяжко выдохнул мужчина, прикрыв глаза рукой. – Не я должен вам рассказывать о том, какое удовольствие можно получить от раба госпоже и наоборот.

— Прошу, господин Картиваль. – тихо попросила его, осторожно касаясь его руки, что лежала на подлокотнике. – Я боюсь снова оказаться заложницей, рабыней. Мне надо знать всё о Эрсхо и местных обычаях, чтобы понять, хочу ли я тут остаться или мне бежать сломя голову.

Он несмело сжал мои пальцы, как бы безмолвно поддерживая меня.

— У каждой госпожи есть личная комната наказаний. Но чаще она используется для удовольствия. – начал он, хотя я видела, что ему неловко о таком говорить. Возможно, потому что я моложе его, или просто потому, что я девушка, а он мужчина, что пережил на себе местный вариант рабства. – Госпожа может приказать рабу всё что угодно: сделать массаж, помочь принять ванну, приласкать. – немного запнулся на последнем слове Картиваль. – Часто между госпожой и рабом для удовольствия бывает полная близость. Но обычно госпожа проникает в раба.