Книга Госпожа Лидия, страница 137 – Малиновая Карамель

— Засунь свои нравоучения куда подальше. – яд так и сочился из неё. – Не землянке упоминать моих богов. Ещё посмотрим на чью сторону они встанут.

— Пусть будет так.

Больше не видя смысла в разговоре я встала и направилась на выход. Дверь открылась прежде, чем я успела постучать. Я почти вышла, когда Антесса снова заговорила:

— Когда меня оправдают, я засужу тебя. Добьюсь того, чтобы тебя выгнали с Эрсхо, и ты вернулась в ту яму, откуда тебя достала Верховная Кларин.

Я могла стерпеть колкость в свой адрес, но пятнать имя Кларин не позволю. Развернувшись, я подарила Антессе настоящую акулью улыбку. Она напряглась, замерла ожидая оскорблений или даже нападения.

Но я не опущусь до того, чтобы марать руки об эту «грязь».

— Вот тебе земная мудрость: «Не рой другому яму, тебя в ней и похоронят».

Оставив её обдумывать услышанное, я гордо вышла, стремительно уходя от комнаты, где сидел дьявол воплоти. Я повидала многих моральных уродов, извращенец и садистов, но эта эрсхонка словно сочетала качества их всех сразу.

У меня от неё бежали мурашки по коже, а желудок сжимался, как на американских горках. Хотелось срочно помыться и с хлоркой, как будто одна беседа запачкала меня всю.

— Госпожа, госпожа, подождите! – кричал сзади Трешер, что пытался догнать меня, что металась по коридорам, как испуганный заяц. – Вы не туда повернули. – запыхался он.

Он весь вспотел и покраснел от бега. Но я просто не могла находиться в той комнате, видеть холодные стальные глаза Антессы и слушать её рассуждения о том, что правда на её стороне.

— Простите, господин Трешер. – повинилась перед стражем. – Просто, я хотела поскорее вернуться к мужу.

И это была правда. Раньше бы я хотела оказаться одна в своём особняке, залечь под плед у камина и уснуть, но не теперь. Плед я променяла бы крепкие руки Эрима, камин на компанию Бахума.

«Неужели пару дней в браке настолько поменяли меня, что я предпочту объятия одиночеству?» – мысль немного пугала, но на фоне беседы с убийцей-социопатом, не казалась абсурдом.

— Я вас отведу. – мужчина понятливо отвёл взгляд, словно давая мне видимость собранности.

Трешер не был глуп, и как страж он привык подмечать мельчайшие детали. Только слепой не заметил, в каком я была состояние после допроса Антессы. Хотя допросом это назвать можно с натяжкой. Я и так знала всё о преступной деятельности эрсхонки, а она ушла в глухой отказ, считая себя невинной овцой, которую обидела злая я.

Идя вслед за стражем по коридорам, я всё думала, как можно быть такой уверенной в собственной исключительности. Антесса была расисткой, мужененавистницей и садисткой в худшей форме из мной виденных.

«Такие как она не должны жить на Эрсхо. А после совершённого, она и вовсе не должна жить». – были мои далеко не ангельские, но я и не претендую на этот титул, мысли.

Буквально несколько поворотов и мы дошли до комнаты, где я оставила господина Тисона и старшего мужа. С тех пор народу там прибавилось.

В дальнем углу Тисон с помощником через планшет общались сразу с несколькими мужчинами на повышенных тонах, требуя немедленно куда-то бежать, организовать поимку и медпомощь названным мной эрсхонцам. Рядом в глубоком кресле отдыхала Верховная Тиара, которая выглядела весьма уставшей и словно прикорнула, откинув голову на спинку мебели и прикрыв глаза.