Книга Няня для мертвого наследника дракона, страница 126 – Юлий Люцифер

Он ослабил руку.

— Так?

— Намного лучше.

Дверь открылась.

Роэн вошел без стука.

После вчерашнего поцелуя я успела увидеть его только за завтраком, где мы оба вели себя совершенно нормально. Настолько нормально, что я начала подозревать: либо он значительно лучше умеет скрывать неловкость, либо никакой неловкости вообще не чувствует.

Я сама еще не решила, какой вариант раздражает сильнее.

Теон поднял голову.

— Вы сегодня опять не летите?

Роэн остановился возле стола.

— Лечу после обеда. До этого у меня слишком много дел в доме.

— Из-за столицы?

— В том числе. Мне нужно подготовить людей, которые останутся здесь, и решить, что делать с охраной, пока меня не будет.

Теон отложил перо.

— Я останусь в Ранвеле?

Вопрос прозвучал спокойно, но я сразу услышала, насколько он важен.

Роэн тоже.

— Пока да. Никаких решений о переезде я не принимал. Если что-то изменится, сначала объясню тебе причину.

Теон посмотрел на меня.

Я чуть заметно кивнула.

Для Роэна это был хороший ответ.

Не обещание, которого он не мог сдержать.

И не привычное решение за всех.

Мальчик вернулся к карточке.

— Тогда я сегодня закончу коробку с камнями, потому что если вы потом решите куда-нибудь меня отправить, Марта скажет, что брать все нельзя.

Роэн нахмурился.

— Никто пока тебя никуда не отправляет.

— Я знаю. Но лучше приготовить заранее.

Мне не понравилось, как легко Теон это сказал.

Для обычного ребенка сбор вещей перед внезапным переездом не должен был быть привычной возможностью.

Роэн тоже несколько секунд смотрел на сына, а затем перевел взгляд на меня.

Я ничего не сказала.

Не требовалось.

Он уже понял.

— Теон, — произнес Роэн спокойнее, — карточка сама себя не подпишет, а я пришел поговорить с госпожой Маррен о расписании на ближайшие дни. Заканчивай и потом иди к Норену. Он хотел проверить, как ты переносишь отсутствие раненого дракона рядом.

Теон немедленно спросил:

— Он улетел?

— Сегодня утром. Последнюю часть узды сняли ночью. Крыло еще болит, поэтому далеко он пока не уйдет, но оставаться возле ворот больше не захотел.

Мальчик широко улыбнулся.

— И ему не больно?

— От узды больше нет. Только рана.

— Значит, Лорен все сделал правильно.

— Да.

Теон посмотрел на меня с таким удовольствием, будто лично отвечал за работу старого исследователя.

— Я говорил, что его надо оставить.

— Напоминаю: господин Харт не домашнее животное.

— Он все равно остается.

— Потому что сам решил.

Роэн усмехнулся.

— В этом доме в последнее время вообще подозрительно много людей начинают решать сами.

Я подняла брови.

— Неужели вас это беспокоит?

— Скорее требует привыкания.

Теон не понял второго смысла, если он вообще был.

Я поняла.

И сразу отвернулась к его тетради.

Роэн сделал вид, что тоже ничего не заметил.

Это было очень взрослое и крайне неудобное поведение.

Через несколько минут Теон ушел к Норену.

Мы остались вдвоем.

Я собиралась спросить о подготовке к столице, но Роэн первым положил на мой стол несколько листов.

— Ивар составил новую схему охраны детского крыла и внутренних дворов. Хочу, чтобы вы посмотрели. Вы лучше всех знаете, где Теон находится в течение дня.

Я развернула верхний лист.

На нем была схема Ранвеля с отмеченными постами.

Возле некоторых стояли часы.

Сначала все выглядело разумно: охрана у лестницы, пост возле внутреннего сада, человек в коридоре во время занятий, еще один у хозяйственного двора.