Книга Одна на двоих, или Отпускной переполох, страница 58 – Алиша Михайлова

— Это тебе.

Я взяла цветы. Стебли оказались прохладными, влажными от вечерней росы. Длинные полупрозрачные лепестки пульсировали мягким серебристым свечением, будто кто-то наполнил бутоны лунным светом. На секунду прижала букет к лицу, вдохнула: ночная свежесть и что-то сладкое, едва уловимое, как запах сна.

— Они светятся, — сказала я тихо. — Как красиво…

— Местные, — сказал Алекс. — Растут у восточных скал, раскрываются только ночью. Пришлось подождать.

— Он полчаса гипнотизировал бутоны, — вставил Рей. — Я чуть не уснул, но результат того стоил.

Поймала взгляд Алекса. Он смотрел на меня пристально, слегка напряжённо, но стоило мне улыбнуться, как морщинка между бровей исчезла.

— Спасибо.

Несколько шагов до стола и цветы заняли своё место в вазе. Белые лепестки дрогнули и засветились ярче, словно благодарные за воду.

— А это от меня! — послышалось за спиной.

Рей выхватил откуда-то бутылку с серебристой этикеткой и махал ею так, что жидкость внутри заискрилась и затанцевала, подсвечивая стекло изнутри.

— Слёзы Проксимы, — прочитала я вслух.

— Местный ликёр, — пояснил он. — Сорок два градуса. Бармен сказал, что после него либо танцуют, либо признаются в любви.

— Сорок два градуса? — я приподняла бровь и посмотрела на него. — Ты хочешь, чтобы я заплакала или чтобы призналась в любви?

— Я за оба варианта. — Рей расплылся в ухмылке.

Алекс кивнул на террасу, где уже был накрыт стол. От свечей в стеклянных шарах тянуло теплом, смешанным с солёным морским воздухом, где-то внизу волны лениво лизали песок.

— Я смотрю, ужин уже готов.

Мы пошли к столу, и на секунду я оказалась между ними, Рей слева, Алекс справа. Ладонь Рея скользнула мне на талию и задержалась чуть ниже, на изгибе бедра, он даже не пытался делать вид, что это случайность.

Алекс отодвинул для меня стул, и рука Рея соскользнула, отпуская с явной неохотой. Я села, расправила салфетку, а он уже захлопотал над бутылкой, пробка хлопнула, ликёр полился в бокалы, и пряный ягодный запах смешался с ароматом запечённых морепродуктов.

Стало так хорошо и спокойно, что захотелось сидеть и молчать. Но Рей, конечно, молчать не умел.

— Кстати, док, — он оторвался от бутылки и поднял на меня глаза. — Ты в красном. Это…

Он осёкся, так осёкся, что я даже отложила вилку. Рей и потерял дар речи? Это было что-то новенькое. Янтарные глаза смотрели на меня, он чуть приоткрыл рот, будто слово, которое искал, только что вылетело у него из головы и теперь кружило где-то под потолком.

— Это… — повторил он. — Ну… в общем…

— Кажется, мой брат пытается сказать, — мягко перебил Алекс, и уголок его губ дрогнул. — Что ты выглядишь сногсшибательно, но слово слишком длинное, и он с ним не справляется.

— Алекс! — возмутился Рей. — Я справляюсь! Просто… да. Сногсшибательно. И ещё… — он обвёл рукой неопределённый круг в воздухе. — Вот это вот всё. Платье, глаза, волосы. Я пытался подобрать эпитет, но там, где ты, все эпитеты кончаются.

Я рассмеялась, чувствуя, как щёки заливает румянцем.

— Рей, признавайся честно ты на волейболе головой ударился?

— Это от ликёра, — тут же ответил он. — Я же говорил, после него признаются в любви, а я ещё даже не пил, только понюхал пробку. Представляешь, что будет после первого глотка?

— Боюсь представить.