Книга Влюбленный Уайльд, страница 148 – Элоиза Джеймс

Уилла раньше как-то не задумывалась об опасностях охоты.

— Наши сыновья никогда не будут охотиться, — заявила она. Было страшно видеть Аларика с мертвенно-бледным лицом и забинтованным плечом, лежащим так неподвижно.

— Думаю, нам нужно сначала зачать сыновей, а уж потом придумывать для них правила. — Аларик посмотрел на нее из-под тяжелых век, и его губы сложились в улыбку.

— Как ты себя чувствуешь? — Ее рука все еще прикрывала его лоб.

Он немного пошевелил плечом и поморщился.

— Больно. Если у меня не будет лихорадки, я скоро встану на ноги.

— Что-о? — воскликнула Уилла. — Ты этого не сделаешь!

— Мы венчаемся, — заявил Аларик. Он чуть приподнял плечо, поморщился и снова уронил его на кровать. — Эви, я на тебе женюсь, даже если нам придется принести брачные обеты в этой комнате.

Уилла улыбнулась ему.

— Не смею отказываться, потому что вчера вечером твой брат Леонидас отбыл в Манчестер, чтобы получить подпись леди Грей на том специальном разрешении. Через несколько часов он должен уже вернуться, и было бы крайне невежливо не использовать это разрешение при первой же возможности. Конечно, если у тебя не будет лихорадки.

— Не будет.

— Ты снова спас мне жизнь, — прошептала Уилла и наклонилась, чтобы поцеловать его в лоб.

— Не надо волноваться, — прошептал он. — Конечно, Эви, я спас, ведь ты моя.

По ее щеке скатилась слезинка и упала на его руку.

— Я так тебя люблю! Я боялась, что у меня уже не будет возможности сказать это тебе.

— Эти слова не обязательно произносить, — сказал Аларик. — Я люблю и любим.

Уилла улыбнулась, глядя на него сквозь слезы.

— Даже эта глупая женщина с наклонностями убийцы поняла, что я всегда буду заботиться о тех, кого люблю. Кстати, где она?

— Твой отец отправил ее в Уэльс под усиленной охраной. Если бы ее признали виновной в покушении на убийство, — а ее бы, конечно, признали, — вероятно, дали бы год каторжных работ. Такой вариант никому из нас не нравится, поэтому ее отправили в закрытую лечебницу, о которой знает твоя тетя. Если к Пруденс вернется рассудок, ее отвезут в Африку без возможности возвращения в Англию. Но вполне возможно, что она проведет всю жизнь в Англии, под замком.

Аларик кивнул.

— Когда Лавиния увлеклась твоими книгами, я ей не верила, что ты на самом деле герой. — В голосе Уиллы все еще слышались горькие нотки. — Но я ошибалась, ужасно ошибалась, ты настоящий герой.

— Я не был героем.

— Да, ты…

Но Аларик ее перебил.

— Не был до тех пор, пока в этом не было необходимости. До тех пор, пока не встретил тебя. Эви, перестань плакать. Ты же хвасталась, что никогда в жизни не пролила ни слезинки, помнишь?

Его глаза закрылись, и он вдруг заснул, а его рука так и лежала в руке Уиллы. Она оставалась у его постели до восхода солнца, трогая его лоб каждые несколько минут и заключая сделки с Богом, и радовалась, что не ощущает неестественного жара под ладонью. В какой-то момент Аларик повернул к ней голову и сонно улыбнулся. Потом она забралась в кровать рядом с ним и уснула.

Двадцать четыре часа спустя лорд Аларик был на своей свадьбе в чистой льняной рубашке и жилете, но без камзола. Из-за бинтов и перевязи о камзоле не могло быть и речи. А Уилла надела одно из своих любимых платьев, такое же простое, как его рубашка.