Книга Влюбленный Уайльд, страница 103 – Элоиза Джеймс

Ганнибал отцепил когти, словно молча признавая, что мог ошибиться. Аларик встал и пошел к двери. На самом выходе он остановился и повернулся к Уилле:

— А что, если я сочиню в вашу честь стихотворение и принесу вам еще больше роз? Сорву все розы в саду? Вы нравитесь моему отцу, так что он разрешит ими пожертвовать.

— Аларик, вы в меня влюблены? По моему опыту, который, как вы заметили, довольно богатый, в таких стихах объясняются в любви.

Он прищурился.

— Вы над всеми своими поклонниками так насмехаетесь?

Уилла улыбнулась.

— Нет.

Аларик предпринял еще одну попытку:

— Мы на удивление хорошо ладим друг с другом.

— Мне жаль, — сказала Уилла с искренним сожалением, потому что ее сердце сжалось от его изменившегося, напряженного голоса. — Мне нужно от брака нечто большее.

— Я вам не говорил, что я окончательно решил бросить писать книги?

Она открыла дверь.

— Ваша работа очень нравится вашим читателям.

Он ушел, ни слова не говоря. Уилла не желала задеть его своим замечанием, но, кажется, он воспринял его как оскорбление. Она закрыла дверь за Алариком и опустилась в кресло. Душка стала вылезать из корзинки и плюхнулась на нос. Ганнибал заворчал. Уилла подумала, что он похож на суетливую няньку, воспитавшую бесчисленное количество детей. В это мгновение дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Уилла вскочила на ноги. Аларик стремительно подошел к ней, сгреб ее в объятия и жадно завладел ее губами. Из груди Уиллы вырвался стон. По определению, в поцелуе участвуют губы, но в поцелуях Аларика участвовало все тело. Его язык вторгся в ее рот, его руки двинулись вниз по ее спине, накрыли ее ягодицы и плотно прижали ее бедра к его бедрам. Даже если бы на Уилле была не тонкая сорочка, а четыре или пять слоев одежды, она бы все равно почувствовала, что он может ей предложить.

— Хорошо, что мы больше не на этой чертовой кровати, — пробормотал он, отстраняясь.

Уилла жадно ловила ртом воздух.

— Возможно, в следующий раз вы меня поцелуете. — С этими словами он ушел.

Вторая половина следующего дня

Учитывая, что утром прошел ливень, за ланчем леди Ноув объявила:

— Предлагаю сыграть несколько партий в карты, пока на поле для стрельбы из лука не подсохнет трава.

К неудовольствию Аларика, во время первой партии вокруг Уиллы собралась толпа джентльменов. Казалось, возле нее крутились все неженатые мужчины, какие только были на приеме. Аларик держался в противоположной части комнаты и злился на себя за ноющую боль, которую испытывал всякий раз, когда видел Уиллу. Он заметил, что она проиграла, но при этом лучезарно улыбалась кружку своих поклонников, давая понять, что не в состоянии считать карты. Аларик со злостью подумал, что она лжет. Вероятно, при желании она с легкостью могла бы опустошить их бумажники, однако сейчас предпочитала смотреть на них своими ясными голубыми глазами и коллекционировать предложения руки и сердца. Кольца она не принимала, но лишь потому, что хотела и дальше иметь возможность подыскивать себе идеального супруга. Мужчину, личная жизнь которого действительно личная, а не выставлена напоказ. Вдобавок ко всем неприятностям вокруг него, словно спятивший мотылек, крутилась Пруденс. Любые разговоры о ее возвращении в Африку она отметала, ссылаясь на усталость. Аларик был близок к тому, чтобы силой затолкать ее в экипаж. Но он этого не сделал, а, заявив, что у него много работы, сбежал в библиотеку.