Книга Почти в разводе с драконом. История истинной попаданки, страница 32 – Анна Лессер

— Катарина ребёнок. — По слогам произнесла я, тыкая пальцем в грудь Альваро.

Широкая такая грудь была. Добротная и твёрдая.

— Если ты рассчитываешь на то, что умудришься как-то сгладить ненависть своего сына в отношении моих дочерей...

— Он их обожает. — Точно так же по слогам произнёс Альваро, нависая надо мной. — И ты, и я это прекрасно знаем.

— Если бы он их обожал, он бы сейчас не науськивал Катарину лезть, как можно выше. И уж тем более не рассказывал о незавидной судьбе быть женой такого, как ты. Ведь тебе нужна была просто постельная грелка.

У Альваро по лицу было понятно, что его сейчас сорвёт.

Он поджал губы и вид сделал до безобразия благоучительный.

— Мальчик заигрался и просто вымещает злость за то, что оказался в такой ситуации.

— Мальчик у тебя никогда не играл: яблоня, лестница, перепутанные зелья? Альваро, открой глаза. Твой сын ненавидит моих дочерей и ты ничего не собираешься с этим делать. Хуже всего, что ты привёз его сюда.

— Моя семья должна быть вместе.

— А любовница, значит уже не твоя семья? — Взмахнув руками, спросила я. — Что ж ты его с любовницей не оставил? Или что, там золотого наследника она носит и её с лестницы спустить никак нельзя, да?

Альваро брезгливо скривил губы и стал похожим на каменную скалу — не зря все-таки род Гранита.

— Я не собираюсь с тобой обсуждать эти вещи. Здесь одна семья, там другая. — Голос был пропитан ядом. — Это ты растила Элайджи. И то, что ты мне сейчас высказываешь какие-то претензии, говорит лишь о том, что ты дерьмово справилась со своей задачей, Айра. У тебя ни черта не вышло воспитать из него хорошего дракона.

— Может быть потому, что надо было хоть изредка отцу включаться в это воспитание, а не покупать ему под видом мачехи няньку? — Спросила и сделав шаг назад, развернулась и вышла из оранжереи.

Но Альваро не успокоился, поэтому нагнав меня, он на ухо произнёс:

— А я и так все время был рядом. Если ты забылась, государственная служба у меня началась только этой зимой. А до этого времени я принадлежал семье всецело.

Я стиснула зубы, хотелось ещё очень сильно прокричать о том, что отрава была. Да только кто ж мне поверит.

— Альваро, мне не интересно, какие у тебя есть доводы на этот счёт. Я видела, что видела. И своих дочерей я не поставлю под удар. Если мне надо будет, чтобы Элайджи уехал — он уедет. Я больше не собираюсь смотреть на его выходки. И тем более не собираюсь смотреть на то, как он будет издеваться.

Я дёрнула локтем, сбрасывая руку мужа и пошла в сторону лестницы.

— И куда это ты?

— Маслице разолью на лестнице! — Рыкнув, развернулась и тряхнув юбками, стала подниматься.

Пришли доходные ведомости с моих пекарен. Отписался управляющий о том, что плотник к концу седмицы пришлёт столики и кресла для уличных посиделок. Я понимала, что все полгода строила по кирпичику новую жизнь, стараясь в ней никак не облажаться. А по факту мне нужно было сейчас бежать. Бежать так, чтобы никто никогда не нашёл. В первую очередь Альваро.

Поэтому после полудня я долго сидела в библиотеке, разбираясь в поисковых заклинаниях. Я была уверена, что детей он искать точно будет. Изменщицу жену, которой он меня представлял у себя в голове, может быть и отпустит. Детей — нет.

Но когда на сад спустились сумерки, в доме стало непривычно оживлённо. Играли в преферанс, сидя в лиловой гостиной. Беатрис расхохотавшись от очередной граничащей с грубостью шутки Элайджи, раскраснелась и периодически хлопала себя по груди ладонью. Девочки ничего не понимали в этой скабрёзной фразе, но поддерживали тётушку, улыбаясь вместе с ней. Мимо гостиной прошёл Альваро, держа в руках какой-то свиток и развернув его ко мне, уточнил: