Книга Доктор-попаданка. Без права лечить, страница 130 – ЮЭл

Пока новая власть официально не вступила в свои права, мне лучше было не попадаться никому на глаза.

— Увидимся на площади, — сказала я.

Виола кивнула. Она прекрасно понимала причины моих действий. Она пойдет дальше открыто, а я доберусь своим путем.

Я шла вдоль домов, держась ближе к стенам и стараясь раствориться в толпе.

Город жил ожиданием. Людей на улицах становилось все больше. Разговоры неизменно сводились к одному: кто победит и что будет дальше. Я почти дошла до очередного переулка, когда чья-то сильная рука неожиданно втянула меня в тень. Я даже не успела испугаться. Его запах и руки я узнала сразу.

Леонард выглядел так, словно не спал вовсе, чему я, в принципе, не удивилась. Под глазами залегли легкие тени, на щеках уже проступила щетина, а волосы были растрепаны сильнее обычного.

И все равно я улыбнулась.

— У меня для тебя хорошие новости, — тихо сказал он.

Но прежде чем я успела задать хоть один вопрос, он наклонился и поцеловал меня.

Я протискивалась сквозь галдящую толпу, стараясь никого не задеть плечом. Людей на площади собралось столько, что казалось, будто весь город решил лично увидеть, чем закончится сегодняшнее голосование. Кто-то спорил, кто-то уже пытался предугадать результат, кто-то нетерпеливо тянул шею, пытаясь разглядеть происходящее на помосте.

На высоком деревянном возвышении сидели трое судей. Перед ними стояли четыре урны, из которых помощники по очереди доставали бюллетени. Каждый лист внимательно проверяли, зачитывали вслух и перекладывали в одну из больших корзин. Время от времени из толпы выходили жители города, поднимались на помост, лично сверяли несколько записей, убеждались, что никто не жульничает, и только после этого возвращались обратно.

Но меня сейчас не интересовали ни урны, ни корзины, ни сами результаты.

Я искала глазами Виолу. Мне хотелось первой рассказать ей радостную новость.

Но Перед глазами всё ещё стояло лицо Леонарда, когда он тихо произнёс:

— Эстер жива. Алек спас Эстер.

Я невольно ускорила шаг, проталкиваясь между людьми.

— Простите…

— Разрешите…

— Извините…

До первых рядов оставалось совсем немного, когда он перехватил меня за локоть.

Я обернулась.

— Смотри, — тихо сказал Леонард.

Я проследила за его взглядом. Трое судей перестали считать бюллетени. Они переглянулись, о чём-то быстро переговорили, затем поднялись со своих мест и встали плотным кругом.

Толпа мгновенно заволновалась.

— Результаты!

— Почему они молчат?

— Что там происходит?

— Скажите уже!

Шум нарастал с каждой секундой. И вдруг один из судей резко взмахнул рукой. Со всех сторон на площадь выбежали вооружённые люди и плотным кольцом окружили помост. Будто они только этого сигнала и ждали. В руках каждого поблёскивали револьверы.

Я вопросительно посмотрела на Леонарда. Он ничего не сказал. Лишь едва заметно указал наверх. Я подняла голову.

На крыше одного из домов стояла фигура, которую невозможно было спутать ни с кем. Шляпа, украшенная перьями. Мне казалось, что с каждым днём их становится всё больше. Ярко-красные штаны. Правда, сегодня вместо привычной яркой рубашки на нём была тёмная, почти неприметная.

Эсол посмотрел прямо в толпу, словно безошибочно знал, где именно стоим мы. Затем снял шляпу, сделал кистью плавный круг, будто приветствовал зрителей перед началом спектакля, снова водрузил её на голову и громко свистнул.