Книга Приключение в Зиму, страница 62 – Катарина Ёлохова

Тени в углах сгущаются. Воздух становится плотным и вязким. А пламя свечей притихает, вытянувшись в тонкие смиренные язычки. Пространство словно замирает в раздумьях, внимая каждому моему слову.

— Терпение никогда не было твоей сильной стороной, — произносит Она после затяжного молчания. Не с намерением уязвить или высказать своё недовольство мной, а скорее отмечая свои наблюдения.

— Я достаточно терпел, — выхожу из портального круга, заключённого в величественные кости первых драконов. — Пять столетий — достаточный срок, чтобы доказать свою выдержку.

Смерть Несущая слегка склоняет голову, принимая мои слова как данность, а не оправдание. Но что для неё эти пять столетий?.. Всего лишь незаметный миг в бесконечной череде угасаний и рождений. Миг, который слился для неё в один продолжительный день. И если посмотреть с этой точки зрения, то я и впрямь порой вёл себя несдержанно. Не из-за личных капризов, а по неизбежности того, что и так должно было произойти. И в скором времени произойдёт.

— И всё же… — продолжает Она тихо, паря в полушаге от пола. — Дух девы ещё не полностью закрепился в мире. Она только-только открылась Источнику[2] . И твоё проклятие дорого ей обойдётся.

— Я присмотрю за ней, — выдерживаю прямой взгляд Её бездонных смолянистых глаз. — Помогу пройти через это. Как и те, с кем Наследницу свёл Армон Железный Волк.

— Теперь это придётся сделать, — подчёркивает Танцующая Погибель. — На ней моя метка Гончей. Теперь и твоё проклятие «Заклинательницы Нежити». А в скором времени Наследнице придётся принять уготованную ей судьбы… — Её голос лишён эмоций. В нём лишь апатичность и сухое изложение фактов. Она знает, что если призванная не справится, то на её место придёт кто-то другой. И так продолжится до тех пор, пока не придёт тот, кто сможет вынести возложенное на него бремя.

Но для меня всё иначе. Я столько веков ждал ту, с кем мог бы разделить своё существование. Наконец, покинуть тесные стены храма, в которых добровольно себя заточил. И мысль о том, что наречённая может не выдержать, внушает почти что страх. Потому что в её случае это не будет простой смертью. Это будет полным, необратимым уничтожением души.

И я не могу этого допустить.

— Ты планируешь её сделать… — последующие слова умирают на губах, не успев родиться.

Я, созданный из разрушения, страданий и кошмаров, знающий их суть и то, как они с лёгкостью умеют склонять чашу весов в свою сторону, стараюсь хранить мировой баланс и соблюдать его незыблемые правила. Но то, что задумала Смерть Несущая… Это совсем не то, что я желаю своей предначертанной. Совсем не того, ради чего я ждал её пятьсот лет…

— Ей самой придётся это сделать, — с нажимом произносит Она. — За метку Гончей она заплатила своими воспоминаниями из прошлой жизни, — озвучивает то, о чём и так знал: все, кто заступает на «службу» к Многоликой, отдают ей свои воспоминания. Они подпитывают её эмоциями, которые в них хранятся, и помогают ей окончательно не закостенеть. — Но за новую жизнь… Наследнице придётся заплатить другим… Она должна стать моей преемницей. Не препятствуй этому.

Холодный и непоколебимый голос Костлявой тает вместе с её бледно-мрачным образом и моими надеждами на совместное будущее с предначертанной.