Книга Приключение в Зиму, страница 220 – Катарина Ёлохова

Глава 106 ЛИАДА

Я бегу.

Смех вырывается из горла, прохладный воздух ударяет в раскрасневшееся лицо, а сердце бешено колотится за рёбрами.

Подол платья путается в ногах, серебряные туфли скользят по гладкому камню, но я лишь крепче стискиваю юбки и прибавляю шагу.

За спиной — их топот, голоса, смех и весёлые выкрики.

Они догоняют.

Я хочу, чтобы они меня догнали.

Но не так быстро.

Коридор мелькает огнями факелов, тени пляшут на стенах, и я смеюсь — от неудержимого азарта, от адреналина, что ударяет в кровь сильнее выпитого вина.

— Кошка! — раздаётся позади голос рыжего плута. — Ты всё равно от нас не убежишь!

Я знаю, что не убегу. Но от одной мысли быть пойманной ими — внутри всё горит и сладко сжимается.

Подхватив юбки, я сворачиваю за угол и едва не теряю равновесие на гладком каменном полу.

Их шаги становятся всё ближе.

Смех Скайлора слышится совсем рядом.

Ещё немного — и его пальцы сомкнутся на моём платье.

Я оглядываюсь через плечо.

Он мчится первым — растрёпанный, раскрасневшийся, с хищным блеском в ореховых глазах.

За ним следует Кассий — огромный, серьёзный, пугающе быстрый. На его губах играет едва заметная улыбка, а в потемневших глазах отражается восторженный блеск.

Я задорно смеюсь, и слишком поздно замечаю, что с ними нет Аркадия.

Сердце пропускает удар.

Куда он…

Я поворачиваю голову — и в тот же миг из тёмной арки выступает высокая фигура.

Я не успеваю ни остановиться, ни свернуть. И с громким вскриком влетаю в Принца.

Его руки мгновенно смыкаются вокруг моей талии, гася удар и одновременно отрывая меня от пола.

Мир кружится, факелы размазываются золотыми полосами.

— Попалась, — довольно произносит он.

— Ты жульничал!

Я упираюсь ладонями ему в грудь, смеясь и пытаясь вырваться из его крепких объятий.

— Я выбрал наиболее разумную тактику.

— Ты срезал путь!

— Именно.

— Но это нечестно!

— Странно слышать подобное от женщины, которая намеренно бежала недостаточно быстро.

Смех застревает в горле.

Принц отпускает меня на пол, но рук не отнимает. Одна остаётся на талии, другая скользит выше, ложась между лопаток. Его пальцы слегка сжимаются на моей спине, а дыхание касается моего лица.

— Ты хотела, чтобы мы тебя догнали, — не спрашивает — утверждает.

— Да, — выдыхаю я.

Он наклоняется ко мне, не отводя глаз. В них отражается слишком многое: восхищение, обожание, которое он больше не пытается скрывать, и странная, почти болезненная нежность.

Та самая, которую Аркадий так долго прятал за насмешками и холодным высокомерием.

Мой взгляд невольно скользит по его лицу: по растрёпанным золотистым волосам, несколько прядей которых упали на лоб, по завораживающим голубым глазам и, наконец, останавливается на губах.

Сердце замирает.

Я столько раз смотрела на них украдкой. Представляла, каково это — ощутить их на своих губах. Но теперь, когда между нами остаётся всего несколько мгновений, меня охватывает внезапная робость.

Аркадий замечает это. Конечно, он замечает.

Его губы расплываются в самодовольной улыбке, а в глазах принимаются плясать игривые искры.

Меня охватывает лёгкое возмущение. Хочется отстраниться, показать ему характер, стереть эту довольную улыбку с красивого лица.

Но тело не желает повиноваться.

Оно тянется к нему вопреки гордости, млеет под его ладонями, слишком хорошо помня, сколько раз я мечтала оказаться в этих объятиях.