Книга Заноза для ищейки, страница 85 – Анастасия Королева

Она замолчала, а после сделала шаг и положила папки на край стола. Подходить ближе не стала, словно ей было неприятно находиться рядом со мной. Это злило, настолько, что перед глазами вспыхивали красные пятна. И мне стоило большого труда, чтобы не наговорить ей каких-нибудь гадостей. А они, гадости эти, так и крутились на языке.

— Это всё? – спросил зачем-то, хотя планировал сказать совсем другое.

По губам девчонки скользнула кривая ухмылка, и она мазнула по мне равнодушным взглядом, чтобы потом вновь уставиться куда-то в пустоту.

— Всё, – Эмили пожала плечами, помолчала и добавила: – Я могу идти?

Идти? Вот так просто?

— Нет, – ответил резче, чем планировал. Девчонка едва заметно вздрогнула и скривилась, словно знала, что от меня нужно ждать только такого. – Нет, – повторил чуть мягче. Затем зажмурился на мгновение, провёл рукой по лицу и попросил: – Присядь, пожалуйста.

Эмили посмотрела на меня с удивлением. Что, не знала, что я умею так просить? Сюрприз, я тоже об этом не знал.

Впрочем, спорить она со мной не стала. Видимо, от неожиданности. Осторожно присела на край стула и замерла. Кажется, даже дыхание задержала. И это мне тоже не понравилось, хотя ведь должно было. Вот она, сидит, готова слушать не перебивая. Но было в этом что-то не то, что-то противоестественное.

А чего ты хотел? Чтобы она тут же расцвела в улыбке из-за твоего «пожалуйста»?

Хотя… да, улыбка была бы кстати.

— Эмили, – начал и голос тут же изменил мне. Пришлось прокашляться, а после вовсе встать и повернуться к ней спиной, потому что так было проще говорить. Малодушно? Очень даже, но лучше так, чем вообще никак. – Я наговорил вам глупостей, и должен за это извиниться.

Я остановился, ожидая от неё хоть какой-то реакции, но девчонка молчала. Я обернулся и посмотрел на неё. Эмили при этом поймала мой взгляд, как бы говоря: «Если должен, то извинись».

А я, между прочим, ожидал несколько другой реакции! Я, в конце концов, впервые вот так открыто признавал свои ошибки перед представительницей женского пола.

Растерявшись на секунду, сжал руки в кулаки и произнёс уже совсем другим тоном:

— Прощу прощения, я не хотел вас обидеть, – голос прозвучал сухо и даже надменно, словно я и не извинялся вовсе, а вновь пытался «укусить» её. А я ведь не пытался!

Да что ж так сложно-то?!

В глазах Эмили промелькнула злость и тут же погасла. Она поднялась, и я ждал, что она сейчас вовсе уйдёт, так ничего и, не сказав, но девчонка удивила меня. Подалась вперёд и, прищурившись, произнесла:

— А мне показалось, что хотели.

Едва сдержал довольную улыбку, потому что… Мне нравилось то, что она была живой, настоящей. Она пыталась играть в светскую даму, которая только и делает, что скрывает свои настоящие эмоции, но проигрывала, потому что деятельная натура брала верх. Ей трудно было смолчать там, где было что сказать.

— Хотел, – признался искренне. И мне стало так легко от этого признания, словно я сам, закованный в рамки условностей, вдруг сбросил с себя их груз. – За что очень сильно раскаиваюсь.

Всего-то и стоило сказать правду. Оказывается, в этом не было ничего сложного. Почти.

Эмили поджала губы и посмотрела на меня так, словно уже представляла меня в качестве подопытного, на ком будет долго и с особым пристрастием испытывать все известные яды. Ужас был в том, что я, в общем-то, и не возражал бы против этого… А это уже было тревожным звоночком.