Книга Фермер для городской. Стратегия очарования, страница 5 – Ксюша Федотова

Она схватила метлу — свое верное оружие — и выбежала в коридор, готовая дать отпор рогатому бандиту.

Но на пороге стоял сосед. Все в той же майке и камуфляжных штанах, но теперь с большим ящиком инструментов в руке, из которого торчали провода и пассатижи. Он выглядел так, будто его оторвали от очень важного дела.

— Чего надо? — грубо спросила Вика, сжимая метлу, которая уже казалась продолжением ее рук.

Сосед посмотрел на инструмент, на нее, потом снова на метлу. Уголок его рта дернулся, но он сдержал улыбку.

— Звонила Любаша, — сказал он своим низким, хрипловатым голосом. — Сказала, у тебя свет пропал. Раз не надо — могу уйти.

Он уже начал разворачиваться, и Вика испугалась. Реально испугалась, потому что без электричества она не выдержит здесь и дня.

— Нет-нет! — залепетала она, опуская оружие. — Света нет. Совсем нет. Заходите... пожалуйста.

Последнее слово далось ей с трудом. Она не привыкла просить, а тем более — этого человека.

Он вошел, даже не сняв грязных сапог, и сразу направился к углу прихожей, где висел старый электрический щиток. Даже Вика не помнила, где он находится, но сосед знал. Он открыл крышку, включил фонарик на телефоне и начал копаться в проводах.

— Договор подпишешь — свет починю, — бросил он через плечо.

— Свет починишь — договор не подпишу, — парировала Вика, скрестив руки на груди.

— Ты с кем торгуешься? — он повернулся к ней, и в луче фонарика его борода казалась еще темнее, а глаза — уже. — Я тут просто так не работаю. У меня, знаешь ли, тоже дела.

— А я не просила вас приходить! — огрызнулась она. — Любаша позвонила. Это она вас вызвала. Так что считайте, что делаете одолжение ей, а не мне.

Он фыркнул, не став спорить, и вернулся к щитку. Вика стояла рядом, чувствуя себя бесполезной. В какой-то момент он протянул руку, не глядя:

— Дай плоскогубцы. Из ящика. Красные.

— Что? — не поняла она.

— Плоскогубцы. Красные. В ящике, — раздраженно повторил он.

Вика заглянула в ящик. Там было столько инструментов, что глаза разбежались. Она схватила первые попавшиеся — зеленые — и протянула ему.

Он взял, посмотрел на инструмент, потом на нее. Молча. Очень долго. И снова сунул руку назад:

— Я сказал красные. Это пассатижи. Они не подходят.

— Ах, извините, — едко сказала Вика. — Я не специалист. Вы же не сказали, где именно они лежат. У вас там целая коллекция!

Он тяжело вздохнул, сам нашел нужный инструмент и продолжил работу. Но Вика уже вошла во вкус.

— А вы, значит, и электрик, — протянула она, присаживаясь на подоконник, чтобы видеть его лицо. — И фермер. И, судя по всему, ветеринар, раз за своим быком пришли. Какие у вас еще есть ипостаси? Вы случайно не сварщик? Или, может, плотник? А то у меня козы забор сломали, знаете ли.

Он поднял на нее взгляд. В темноте прихожей его глаза блеснули.

— Я все могу, — сказал он спокойно, но с металлическими нотками в голосе. — Вопрос только в цене. И в твоей готовности договариваться.

— Я не договариваюсь с теми, кто на меня быка натравливает, — она улыбнулась самой сладкой из своих улыбок.

— Миша сам по себе, — буркнул он, поворачиваясь к щитку. — Он тебя не тронул бы. Он умный.

— Умный? Он мои ирисы сожрал! У меня там ирисы были!

— А теперь нет.

Вика открыла рот, чтобы ответить, но не нашла слов. С ним было невозможно спорить. Он был как скала — твердый, мрачный и непробиваемый. Но под этой скалой, как ей казалось, что-то крылось.