Книга Фермер для городской. Стратегия очарования, страница 33 – Ксюша Федотова

— Кто здесь?.. — едва слышно прошептала она, цепенея от ужаса.

— Ви-и-и-ка-а-а-а... уходи-и-и-и... — отозвался сверху утробный, утроенный эхом загробный бас, какой бывает только в дешевых фильмах ужасов. Но ночью, в пустом доме посреди глухой деревни, этот фарс показался ей абсолютным, парализующим кошмаром.

Вика пулей скатилась с постели. Рассудок отключился начисто, уступив место первобытному паническому страху. Кое-как нащупав на тумбочке телефон, она даже не сообразила включить фонарик — пальцы колотило крупной дрожью. Не помня себя, босиком, в одной легкой ночнушке, она выскочила на крыльцо.

Ночной воздух обжег кожу, но Вика этого даже не заметила. Пятьдесят метров до дома Григория она преодолела на такой скорости, которой позавидовали бы олимпийские спринтеры. Перемахнув через злополучную брешь в заборе, она взлетела на его крыльцо и принялась неистово, изо всех сил барабанить кулаками в деревянную дверь.

— Гриша! Господи, Гриша, открой! Умоляю, открой!

За дверью послышался тяжелый шаг, щелкнул засов, и на пороге появился заспанный Кузнецов. Он стоял в помятых тренировочных штанах и старой майке, взъерошенный, трущий кулаком глаза и явно ничего не понимающий.

— Вика? — он ошеломленно воззрился на нее, пытаясь сфокусировать взгляд. — Ты чего? Час ночи на дворе...

— Там... там... привидение! — выпалила она на одном дыхании, намертво вцепляясь пальцами в его крепкое предплечье. — Гриша, у меня на чердаке кто-то есть! Оно воет! Оно звало меня по имени!

Григорий несколько секунд молча разглядывал ее, решая, не снится ли ему продолжение вчерашней рыбалки. Но Вику колотило так, что зубы стучали. Она стояла перед ним — бледная как полотно, с безумными глазами, босая на ледяных досках, и весь ее столичный лоск испарился, оставив только испуганную, беззащитную девчонку.

— Привидение, говоришь? — нахмурился фермер, мгновенно подбираясь. Взгляд его стал цепким и злым. — Так, стой здесь. В дом зайди.

— Нет! Я с тобой! — пискнула она, наотрез отказываясь отпускать его руку.

— Ладно, — буркнул он. У крыльца как раз стояла тяжелая совковая лопата. Григорий перехватил ее поудобнее, как боевую палицу, и решительно зашагал через двор к ее дому. Вика семенила следом, практически прижимаясь лицом к его широкой спине. От него пахло теплом, мятой и надежностью, и страх начал понемногу отступать.

— Ты... ты прямо туда полезешь? На самый чердак? — с придыханием спросила она, когда они зашли в ее темные сени.

— А куда деваться? Не оставлять же тебя на съедение нечистой силе, — угрюмо отозвался великан.

Вика щелкнула выключателем, заливая коридор тусклым светом. Григорий подошел к деревянному люку, упер лопату в стену и уверенно полез вверх по скрипучей стремянке. Откинув тяжелую крышку, он заглянул в чердачный полумрак.

— Эй! Есть тут кто живой? — намеренно громко, с угрозой крикнул он в пустоту, нащупывая в кармане телефон и включая фонарик.

Луч света полоснул по пыльным стропилам, старым плетеным сундукам, связкам сушеной травы и густой паутине. Григорий сделал пару шагов по балкам, оглядываясь по сторонам. Кругом царило полное запустение.

— Гриша... Псс! Гриш, это ты, что ль? — вдруг донесся из самого дальнего угла приглушенный, панический шепот.

Кузнецов вздрогнул от неожиданности и чуть не выронил телефон. Этот голос он узнал бы из тысячи.