Книга Колонна приговоренных, страница 75 – Александр Тамоников

— Да-да, все ясно, — закивал парнишка. Потом отошел к своим друзьям и о чем-то стал с ними перешептываться. Вернувшись к Шубину, он сказал: — У нас к вам просьба. Обещайте, что заберете с собой и Сару. Мы понимаем, что места в грузовиках не так уж много — там будут дети, но ей никак нельзя оставаться с нами. Понимаете? Если нас вдруг найдут в этом подвале, то… Сами знаете, что будет. Сара — еврейка. К тому же девочка. Мы не хотим, чтобы она попала к немцам.

«Удивительное дело, — подумал Глеб. — Мальчишки и сами здорово рискуют, но заботятся больше не о себе, а о единственной девочке в их компании. Если хотя бы половина молодежи Польши такая, как эти парнишки, то страну, безусловно, ждет прекрасное будущее».

— Хорошо, — сказал он вслух. — Я обещаю, что мы возьмем с собой Сару.

— Даже если она будет сопротивляться этому, — настаивал Анджей. — Все равно возьмите.

Глеб оглядел подростков, стоявших и ожидавших от него слов подтверждения, и мысленно улыбнулся такой настойчивости, хотя лицо его оставалось серьезным. Потом он ответил, стараясь говорить таким тоном, словно давал им страшную клятву, а не просто обещание:

— Даю вам слово советского разведчика. Даже если она будет сопротивляться, мы увезем ее с собой.

Мальчишки переглянулись, и Глеб увидел в их глазах, как напряжение спало, и они чуть ли не хором сказали:

— Спасибо вам!

— Пиня, Летица, Александров! Как только мальчики кинут бутылки и побегут от ворот, а охрана кинется за ними вдогонку, вы тотчас же откроете по фрицам огонь, а затем через ворота войдете во двор. Кто из вас умеет водить грузовик?

— Я могу, — ответил Алексей. — Я у нас в колхозе шоферил. Зерно помогал с полей вывозить в страду. А так вообще-то продукты в магазины сельпо развозил.

— Тогда смотри, — подозвал его Глеб к окну. — Видишь вон тот грузовик, что ближе всего к пристройке? Не тот, что развернут к ней кузовом, а рядом, что в сторону ворот задом повернут? Это твой грузовик. Сядете в него втроем и первыми выедете из ворот.

— А что в грузовике? — поинтересовался Александров.

— Ящики какие-то. Похоже, какие-то документы. Это может быть важным. Мало ли что в тех документах? Хотя в данном случае дело не в документах. Этот грузовик мы с вами берем на всякий случай: вдруг придется детей на две машины рассаживать. Да и мы все на одном грузовике вряд ли поместимся. Ваша задача — выехать из ворот первыми и таким образом привлечь к себе внимание тех, кто еще останется во дворе. Охранников, или санитаров, или еще кого-то — неважно.

— Понятно, — не задавая лишних вопросов, ответил Александров.

— Тем временем мы с Савенковым и Теплицыным по веревочной лестнице переберемся во двор через стену и захватим грузовик с детьми, заодно, если получится, и этого главного врача с погонами полковника. Он будет нашей гарантией, что немцы не кинут в грузовик с ребятишками гранату или выкинут еще какую-нибудь пакость. Полковника, я так думаю, они постараются уберечь.

Пока Шубин говорил, он все время поглядывал в окно. Уже наступило утро, и хотя все еще было по-зимнему темно, Глеб серьезно опасался. На улице вскоре начнется обычное для города оживление, и выстрелы могут быть услышаны не только мирными жителями, живущими неподалеку, но и немцами, и они могут выслать подмогу. В этом случае разведчикам придется куда как сложнее. Попробуй-ка отбиться от роты солдат, да еще и спасти при этом детей! Единственная надежда была на то, что этот медицинский центр находился далеко от центра города, а значит, и от сил, которые немцы могли бы использовать, чтобы быстро организовать погоню за ними.