Книга Сквозь облака. Том 3, страница 80 – Хуай Шан

Янь Се решил напоследок сделать несколько снимков костюма, после чего аккуратно убрал одежду обратно в чехол, повесил его вглубь шкафа и, закрыв дверцу, уставился на ручку с облупившейся краской.

«А я ведь никогда ничего не дарил Цзян Тину», – вдруг подумал он.

В нынешнем положении капитана не привлекали материальные ценности. Янь Се не мог припомнить случая, чтобы Цзян Тин проявил искренний интерес к чему-то, за исключением разве что пуэра: от него капитан получал истинное удовольствие. Прямо-таки чайный дух!

Его размышления прервал Ци Сыхао:

— Ну что, можем выдвигаться?

— Ага. – Янь Се обернулся. – Где капитан Цзян?

Ци Сыхао втянул голову в плечи, нервно нацепил тёмные очки и маску и пробубнил:

— Внизу. Ловит такси.

Майор кивнул и вышел вслед за ним на лестничную клетку. Ци Сыхао запер дверь.

— Мне надо заехать домой, жена начинает беспокоиться. – На улице он без конца оглядывался по сторонам, опасаясь, что из-за угла выскочит убийца с ножом. – Я поговорю с ней, переоденусь и спущусь через десять минут. Подождёте меня в машине? Я не хочу надолго оставаться один.

Янь Се вздохнул:

— Ладно.

Ци Сыхао немного расслабился.

— Я живу тут неподалёку, в соседнем квартале. Это как раз по пути в гостиницу.

Майор кивнул и, вспомнив кое о чём, спросил:

— А где жил капитан Цзян?

— А?

Янь Се вдруг осознал, что ничего не знает о прежней жизни Цзян Тина в Гунчжоу.

— Явно не в общежитии. У него была здесь квартира?

— Я так с ходу не скажу… – Ци Сыхао потёр подбородок. – Капитан Цзян работал семь дней в неделю, праздничные мероприятия игнорировал и никогда не приглашал к себе в гости коллег. Думаю, никто в управлении не знал, где он живёт.

Они приблизились к воротам, на тротуаре возле такси боком к ним стоял Цзян Тин.

— Ладно, тогда как вернёшься в управление, проверь, пожалуйста, – попросил майор и ускорил шаг.

— Выходит, за эту поездку мы так и не выяснили, куда пропал пистолет Юэ Гуанпина?

Ян Мэй сидела по-турецки на заднем сиденье автомобиля и уплетала курицу с рисом по-хайнаньски.

— Мэймэй, ты уже большая девочка, последи за манерами. – Янь Се с видом заботливого отца обернулся с переднего пассажирского кресла. – Посмотри на себя: сидишь не пойми как, в зубах лук застрял, волосы в контейнер лезут – кто тебя такую замуж возьмёт?

Ян Мэй закатила глаза.

— А если я буду есть аккуратно, сразу жених найдётся?

— Почему нет? Папка даст тебе в приданое соломенную хижину, трёхколёсную повозку и восемьсот восемьдесят восемь юаней…

Девушка наклонилась вперёд и процедила:

— Цзян-гэ, я буду жить с тобой. Семья Янь разорена!

Янь Се поспешно оттолкнул её.

— Так, всё. Папка передумал: будешь сидеть в девках до конца жизни!

Цзян Тин не обращал на них внимания и спокойно следил за дорогой.

Си Ханьсян, шестьдесят два года, уроженка деревни Юэцзя уезда Гаожун.

Уезд Гаожун находился в трёх часах езды от Гунчжоу. Ци Сыхао никак не мог отпроситься с совещания и остался дрожать от страха в муниципальном управлении, в путь отправились без него и уже к ужину добрались до места.

Близость к большому городу сделала своё дело: вся молодёжь уехала из деревни на заработки. Большая часть домов пустовала, а основной костяк жителей составляли старики и оставленные на их попечение внуки.