Книга Эхо Мертвого озера, страница 124 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

Она делает глубокий вдох, собираясь с мыслями:

— Мой сын Келвин, отец Тревора, был хорошим мальчиком, но легко сбивался с пути. Попал в дурную компанию, познакомился с девушкой, она забеременела. Он поступил порядочно и женился, но она не захотела менять образ жизни – пила во время беременности, принимала наркотики. Когда родился Тревор, стало ясно: с ним что-то не так. Вы даже не представляете, каким беспокойным он был. Кричал день и ночь. Его мать не выдержала и сбежала. Бросила ребенка и больше не вернулась. Мой сын старался изо всех сил, но он сам был почти ребенок и плохо представлял, что значит быть отцом. Он разбился на мотоцикле, когда Тревору исполнилось два года. Других родственников не осталось, и мне пришлось стать опекуном внука.

Жуткая история.

— Мне жаль вашего сына, – говорю я.

Она согласно кивает. Судя по стиснутым зубам, воспоминание до сих пор причиняет ей боль. Потеря сына – это травма навсегда.

— Тревор – милый мальчик. И добрый. И ласковый. Но дело в том, что… – Она запинается, подбирая слова. – Он никогда не блистал умом, благослови его Господь. Пошел в мать, которая к тому же всю беременность пила и принимала наркотики. Туго соображает. Поэтому я знаю: это не он.

— Но я не понимаю, какое отношение его интеллект имеет к тому, что произошло.

Миссис Мартиндейл лезет в сумку, достает несколько листков и пододвигает ко мне. Замечаю, что ее руки слегка трясутся.

— Это его чистосердечное признание.

Я округляю глаза.

— Как вы достали копию?

— Потребовала, – просто отвечает она. – Я не поверила, когда мне сказали, что это сделал Тревор. Они дали мне его признание, чтобы отвязаться. Но я лишь еще раз убедилась: он невиновен.

Я морщу лоб:

— Почему?

Она кивает на листки:

— Прочтите.

Я пододвигаю их ближе. Почерк детский, каждая буква тщательно выведена. И от этого содержание кажется еще страшнее. На нескольких страницах Тревор описывает, как преследовал Джульетту, выслеживал ее в интернете и уговаривал встретиться. Рассказывает, как в тот день подобрал ее на обочине и отвез в лес. Само убийство описано во всех подробностях.

Когда Тревор пишет, как пытал и калечил девушку, у меня внутри все переворачивается, воспоминания о Мэлвине всплывают на поверхность. Еще Тревор рассказывает, как несколько раз изнасиловал Джульетту, но, как ни странно, без подробностей. В конце описывает, как задушил ее, а потом для верности разбил ей лицо камнем, вырыл неглубокую могилу и закопал. К сожалению, он не помнит, где именно, потому что обезумел от жажды крови, когда убегал оттуда.

Я заканчиваю читать и кладу листки на стол, разгладив руками. Я многое повидала в жизни, и вывести меня из равновесия не так-то просто, но признанию Тревора это удалось. Мне так мерзко и отвратительно… Может, дело в тех фотографиях Джульетты на каминной полке в доме ее родителей. А может, в том, что Тревор так невинно улыбался мне. Но я принимаю это близко к сердцу, особенно учитывая, что случилось с моим бывшим мужем. Во мне пробуждаются воспоминания, которые я пыталась похоронить.

У меня начинают дрожать руки, и я понимаю: нужно собраться с мыслями.

— Если позволите… – бормочу я и, не глядя на миссис Мартиндейл, встаю из-за столика и иду в туалет. Подставляю руки под холодную воду и прижимаю их к разгоряченной шее.