Книга Измена. Верну нашу семью, страница 36 – Анна Окс

— Прости меня. - жалобно скулит. Ничего не чувствую к этой женщине. Меня не трогают ни её слезы, ни жалобное поскуливание, ни её жалобный вид.

С презрением убираю руку и вытираю о брюки. С ясным разумом понимаю, что эта женщина - моя самая большая ошибка в жизни.

— За что ты просишь прощения? - усмехаюсь. Лежит в дорогой палате в больничной сорочке. Вымоталась после родов. Набрала в весе. Это отмечаю про себя автоматически. Не из-за интереса. - За то, что подмешивала мне препараты с лошадиной дозой в чаи, когда я приезжал проверять работу? Или за то, что снимала эти видео? Или за то, что причиняла боль моей жене своими выходками?

Ребенок от этой женщины, как наказание для меня. Я наврал ей о том, что ребенок умер. Потому что она и так отказалась бы от девочки, но зная, что она под моей опекой, навязалась бы. Нет. Пусть считает, что ребенок мертв и исчезнет из нашей жизни.

— За всё. Я правда жалею обо всём. Прости меня. - хлюпает носом и поднимает зареванные глаза на меня. - Хочешь, я извинюсь перед Анной? Я расскажу, что это из-за препаратов ты мало что контролировал в тот момент?

— Не прощаю. И к жене моей подходить не нужно. Исчезни, Юлия. Это моё последнее тебе слово. Исчезни. Уезжай из города, страны, потеряйся просто.

В этой палате нет цветов от слова совсем. Когда Аня родила дочку, вся палата была завалена цветами. И тогда у меня не было этого ощущения пустоты и безразличия.

Спускаюсь к машине и забираю большой букет цветов, который предназначен для жены.

Поднимаюсь на второй этаж и иду к палате, где она лежит. Я заранее всё узнал. После сообщения, которое моя невероятно сильная жена написала, а потом удалила, я вылетел сюда.

Меня не волновало, что Юлия тоже здесь и по стечению обстоятельств они с Аней родили в одну ночь. Прилетел я только из-за родов жены. Она родила моего сына.

Первым делом я навестил Юлию, потому что должен был поставить на место и предупредить её, чтобы исчезла. Я устал от её навязчивости.

Каждый поход к врачу во время беременности она скидывала мне снимки узи, запись сердцебиения ребенка, восхищалась развитием и делилась со мной, передавала, что говорят врачи.

У меня не было желания смотреть и слушать это. Я игнорировал её. Лишь изредка быстро просматривал все сообщения, чтобы не пропустить что-то важное.

Когда мне проводили операцию и выяснилось, что я долго сидел на препаратах, меня осенило, как я вообще взглянул на эту женщину.

До этого я, не засматривающийся на других особей женского пола кроме жены, взглянул на дизайнершу.

Взяла она меня в оборот знатно. Чаи и кофе, которые я пил, пока обсуждали строительные работы, затуманили мой разум.

Да, у меня еще был бзик насчет жены, беременности, ребенка, но не только под этим предлогом оказывается я изменял Ане. Может, не будь тех препаратов, я бы воздержался, обсудил этот момент как-то с любимой. Мы ведь часто разговаривали по душам. Обсуждали тонкости и непонятные моменты наших отношений.

Захожу в палату и прирастаю к полу.

Она невероятно красива. Я не видел женщины красивее, чем она. Уютная, добрая, желанная, прекрасная, милая, невероятная.

Мне не хватит слов, чтобы описать тот восторг, который испытываю просто глядя на неё.

Когда очень сильно хочешь того недосягаемого и потом оно становится твоим.