Книга Параллели, страница 18 – YeliangHua

И всё же он продолжал читать.

TxJ: “На мне сейчас только спортивки и майка. Собираюсь её снять.”

За этим следовал очередной зеркалолук, вышибающий последние крохи здравого смысла: Мо Вэйюй действительно снял майку и теперь стоял посреди прихожей, спортивки мягко обхватывали резинкой узкие крепкие бёдра… выше же пояса парень был полностью обнажён.

Тут уж стало не до созвездий.

YH: “Зачем ты это делаешь?”

Разумеется, Чу Ваньнин не отличался наивностью и прекрасно понимал, зачем Мо Вэйюй ему всё это писал и присылал. Но ему становилось не по себе от мысли, что тот единственный раз, когда он позволил себе некоторую вольность, мог превратиться во что-то, происходящее между ними постоянно.

Он знал, что ни к чему хорошему это приведёт, ещё тогда.

YH: “Сейчас не время.”

Он решил, что уж это точно должно остановить Вэйюя, однако ошибся.

Тот прислал ему голосовое сообщение.

TxJ: “Ты сейчас ведь дома один?”

TxJ: “Сейчас вечер. Ты же не собираешься ложиться так рано?”

YH: “Мне завтра на работу.”

Казалось бы, уж эта-то фраза должна была бы подействовать на Мо Вэйюя.

TxJ: “Завтра. Не сегодня.”

TxJ: “Так что давай, продемонстрируй этому достопочтенному свои… способности фотографа.”

Чу Ваньнин едва не подавился потоком возмущений на последней фразе Тасянь-Цзюня.

Тот ему, очевидно, бросал вызов?..

Он не собирался спускать такое с рук.

Отбросив в сторону телефон, он снял камеру со штатива и отправился в ванную, где находилось то самое единственное зеркало.

Он собирался создать серию фотографий, которые бы в первую очередь были художественными, и утереть Мо Вэйюю, с его плебейским вкусом и литым прессом, нос.

В ход пошло всё, что оказалось под рукой: кусок смятой фольги, дополнительная лампа с надетым на неё белым пакетом, заменяющая софтбокс.

Спреем Чу Ваньнин распылил по зеркалу немного воды — так, чтобы освещение отражалось в каплях. Затем, снизив резкость, приглушил основной верхний свет и добавил небольшую выдержку. Убедившись, что в мутном отражении будет сложно различить что-либо кроме размытого образа, расстегнул рубашку и включил на камере таймер.

Фотографии получились максимально простыми, но при этом фольга, попадавшая в кадр, отражала свет и бликовала рассеянным спектром на мягкий полуразмытый силуэт. Потёки влаги на замутнённом каплями стекле позволяли выхватить из полумрака то острую ключицу, проступавшую из-под ворота, то вызывающе-плоский живот и расстёгнутую верхнюю пуговицу светлых джинсов.

При этом акцент сохранялся только на деталях, ни в одном кадре не было как такового лица.

Чу Ваньнин перебросил снимки на телефон и, особо не задумываясь об обработке, отправил их Вэйюю.

YH: “Что скажешь?”

Мужчина был невероятно горд собой: всё это действительно стоило ему немалых усилий, но даже он видел, что снимки неплохи. Он мог бы неплохо заработать, если бы спонтанно пригласил на такую съемку модель.

TxJ: “Кто на фото?.. Я что-то не разберу.”

Чу Ваньнин глядел на сообщение от Вэйюя с минуту прежде чем наконец нашёлся с ответом.

YH: “Ты и не должен ничего разбирать.”

Он не собирался оправдываться.

Особенно в свете того, насколько грубо Тасянь-Цзюнь отнёсся к его стараниям.

Почему-то в этот момент ему сделалось противно.

TxJ: “Вчера я видел в отражении свою ожившую фантазию… а сегодня погода не лётная? Что за скромность и дождик на зеркале?”