Книга Параллели, страница 101 – YeliangHua

Чу Ваньнин убрал телефон подальше, понимая, что, вероятно, в своих чувствах всё это время был один — и, быть может, совершенно напрасно переживал, что Мо Жань станет искать его так же, как профессора Чу.

Мо Жань его мира с лёгкостью оборвал их общение.

Для него всё это, вероятно, ничего толком не значило.

Случайное знакомство. Общение по переписке. Неудавшийся секс…

Чу Ваньнин опустил взгляд на тонкий шнурок на своём запястье, который он так и не рискнул снять даже теперь.

Он ведь на самом деле ни на что не рассчитывал, и даже не верил, что у них что-то бы вышло. Но почему-то душа его всё равно болела.

========== Часть 2. Глава 12 ==========

…Мо Вэйюй не вернулся ни к вечеру, ни наутро следующего дня.

Чу Ваньнин продолжал ждать его, хотя сам не был уверен, зачем. Он остался один в квартире, которая прежде была его крепостью, но теперь в ней было так много всего, что ему на самом деле никогда не принадлежало, что легко было забыться.

Одежда Мо Жаня.

Его парфюм и шампунь на полке в ванной.

Его зубная щетка, изношенные кроссовки, и даже поцарапанный старый ноутбук.

Все эти вещи напоминали Ваньнину, что Мо Жаня нет уже сутки.

Он несколько раз проверял чат и телефон — но и там не было ни пропущенных звонков, ни уведомлений.

Он словно попал в бермудский треугольник, в котором отсутствовали какие-либо рабочие средства связи кроме, пожалуй, доставки еды.

Впрочем, даже есть ему теперь не хотелось — он лениво перебирал палочками лапшу за обедом, а затем спрятал её в холодильник, решив оставить на ужин.

Где-то там, на полке, она простояла таким образом три дня и заветрилась, а затем отправилась в мусорное ведро.

Мо Вэйюй всё не возвращался.

Чу Ваньнин несколько раз подумывал о том, чтобы снова позвонить ему, но отказывался от этой идеи, вспоминая их последний разговор.

Он не хотел никому навязываться. Ему было всё ещё больно вспоминать о том, что его заблокировал Мо Жань из другого мира — ничего толком не объясняя. Возможно, Мо Вэйюй из другого мира его и не отправит в чёрный список так просто, но… вероятно, посчитает настырным.

Ваньнин прождал Мо Вэйюя ровно неделю, убеждая себя, что должен благодарить жизнь за возможность побыть одному, как если бы событий последних месяцев вовсе не произошло.

Словно бы он никогда не знал Мо Вэйюя.

Не переписывался ни с кем из них, и не встречал в жизни.

Постепенно он свыкся с дурацкими обнажёнными фотографиями на стене, и даже по-новому сложил вещи в шкафу.

К тому времени Мо Вэйюй отсутствовал уже месяц.

Написать или позвонить ему становилось всё более неловко: Ваньнин не делал этого раньше, и теперь такой звонок выглядел бы всё более неуместно. Данью вежливости.

Ваньнин знал, что должен что-то предпринять… но теперь он понятия не имел, что именно.

Он не хотел признаваться в том, что тоскует по человеку, которого едва знает, даже самому себе — притом тосковал он отвратительно. В его голове в какой-то момент смешались оба Мо Жаня, и он перестал их толком различать — тем более, различать особенно было некого.

Чу Ваньнин остался один — и жил вот так уже месяц.

Занимался тем же, что и всегда: вернулся к фотографии.

Как выяснилось, это профессор Чу сотрудничал с National geographic и другими изданиями — сам же Чу Ваньнин специализировался на коммерческих съемках. Соответственно, воспоминания о фотопроектах, посвящённых звёздному небу, принадлежали профессору, а не самому Чу Ваньнину.