Книга Танцующий лепесток хайтана, страница 91 – YeliangHua

В его голосе определенно звучала издевка. Он снова сел на край сцены — на сей раз спиной к Вэйюю — а затем мягко прогнулся, и в следующую секунду буквально свесился вниз головой, внимательно глядя на юношу. В его темных, словно зимняя ночь, глазах сверкал… задор?!

Мо Жань удивленно воззрился на мужчину, который, казалось, впервые, оставшись с ним наедине, отбросил всю серьезность. Даже когда Ваньнин был юношей, он не позволял себе вытворять ничего подобного.

Для Мо Жаня видеть его забавляющимся было совершенно новым опытом, и он даже захотел ущипнуть себя чтобы понять, не показалось ли ему. Неужели этого холодного, чопорного человека приводила в восторг одна лишь мысль о том, чтобы... просто подразнить своего бывшего ученика?..

Мо Жань поднялся на ноги, сделал несколько разминочных движений, искоса поглядывая на все еще свешивающегося вниз головой Ваньнина, а затем подошел к нему почти вплотную, не поднимаясь на сцену, оставаясь в проходе — и их лица внезапно оказались на одном уровне.

Вернее, на уровне глаз Мо Жаня были тонкие нежные губы и острый подбородок Чу.

Ваньнин не успел подняться, а потому так и продолжил висеть вниз головой, но улыбка с его лица медленно сползла, уступая место серьезности.

В следующее мгновение его тонкие, удивительно сильные пальцы решительно обвились вокруг предплечья Вэйюя. Ваньнин каким-то невообразимым образом переместил свой вес, оттолкнувшись ногами, и изящно перевернулся в воздухе.

В одну секунду он буквально парил, в следующую — уже стоял у Мо Жаня прямо за спиной.

Его рука не проскользнула и не расслабилась ни на мгновение, удерживаясь за Вэйюя как за точку опоры. Выглядело это будто сцена из какой-нибудь эффектной исторической дорамы, где герои используют цингун и буквально «летают» в воздухе.

Мо Жань сам занимался трюками и акробатикой, но такого от Ваньнина явно не ожидал. Он развернулся к мужчине, который тут же отступил на несколько шагов назад и теперь опять насмешливо улыбался одними лишь уголками губ.

От вида этой улыбки сердце Мо Жаня налилось солнечным светом и теплом.

Он улыбнулся Ваньнину в ответ:

— Это было... впечатляюще.

— Спасибо, — Чу коротко кивнул, а затем одним движением запрыгнул на сцену и принял исходную позицию. — Я все еще жду тебя, Мо Вэйюй. Долго еще?

Мо Жань тут же последовал его примеру. В следующее мгновение из портативной колонки раздались тихие клавишные переливы, похожие на звук капель дождя, падающих на дрожащую на ветру густую листву.

Ваньнин двинулся первым. Едва касаясь пола он плавно скользнул в самый центр пустой сцены. Его изящные кисти рук мягко очертили в воздухе красивую фигуру, и он легко раскрылся, выполняя грациозный арабеск. К потоку звуков фортепиано в это мгновение примешалась далекая скрипка, и Мо Жань, набирая темп вместе с неровным музыкальным ритмом, одним выверенным прыжком оказался в шаге от Чу. Теперь они танцевали практически синхронно, с той лишь разницей, что в движениях Вэйюя прослеживалась некая разнузданная отрывистость. Его рисунок танца был откровенно хаотичен, жестко контрастируя с плавностью гибкого, словно ивовая лоза, партнера.

Музыка тут же неуловимо изменилась, став более темной, нагнетающей напряжение с каждой секундой. Тихое постукивание барабана, казалось, вторит биению огромного пульсирующего сердца.