Книга Танцующий лепесток хайтана, страница 65 – YeliangHua

Сейчас он задал Ваньнину абсолютно бестактный вопрос потому что чувствовал, что снова тема поворачивает куда-то не туда, и в голове промелькнула отчаянная мысль отвлечь балетмейстера снова.

Однако, он не ожидал, что Ваньнин ответит, и потому после повисшей тишины тихо вздохнул, разжимая руки и позволяя Чу наконец отстраниться.

— Ну, как, стало теплее?

— Ты мог бы просто включить обогрев, — бросил безжалостно балетмейстер Чу, мгновенно воспользовавшись возможностью отсесть от Мо Жаня как можно дальше. Он выглядел, словно растрепанный пушистый кот, которого только что интенсивно гладили против шерсти, удерживая в охапке.

— Мог бы, — согласился Мо Жань, улыбаясь, а затем действительно включил обогрев. Он снова завел машину, и на этот раз они отправились уже к дому Ваньнина. Этот вечер нужно было срочно заканчивать, пока они не наговорили друг другу лишнего.

Минут пять в салоне висела знобящая тишина, и, когда Мо Жань уже собирался включить музыку, Ваньнин внезапно сказал:

— Да.

— А? — Мо Жань окинул его удивленным взглядом.

— Да, я обращался к психологу. У меня был… непростой период в жизни. Именно поэтому я стараюсь держать людей на расстоянии. Мне не нравится, когда вторгаются в личное пространство. И мне трудно поддерживать дружеское общение. Ши Мэй — один из немногих людей, кто способен понять меня…

Мо Жань внезапно помрачнел. Его пальцы вцепились в руль так яростно, что он едва не повредил несчастный покрытый кожей пластик. Он решил, что лучшая стратегия в такой ситуации — молчать.

— Вы ведь давно с Ши Мэем знаете друг друга? — Ваньнин вздохнул. — Он очень хороший человек.

Мо Жань бросил на Ваньнина пристальный взгляд, судорожно пытаясь понять, что именно его учитель пытается сейчас до него донести.

— Меня не интересует Ши Мэй, — наконец, тихо проговорил он. — То, что произошло в машине в тот вечер, было нелепостью.

— Но вы ведь так давно общаетесь, — не отступал Ваньнин.

«Откуда, мать его, ему известно, сколько мы общаемся?!»

Мо Жань вцепился в руль еще крепче, продолжая пялиться на дорогу. Он старался не думать о том, что Ваньнину может нравиться Ши Минцзин, но непрошенные мысли так и лезли в голову.

— У Ши Мэя есть любимый человек, — наконец, сказал он, чувствуя мрачное удовлетворение.

Ваньнин же истрактовал его слова по-своему. Он с весьма странным выражением лица произнес:

— Любить кого-то, зная, что твои чувства безответны — больно и глупо. Иногда лучше прекратить всякое общение чтобы вычеркнуть этого человека из своей жизни…

«Твою мать!!!..»

— Я не влюблен в Ши Мэя, — перебил Мо Жань резко. — Никогда не был влюблен.

— Да. Хорошо, я понял, — Чу Ваньнин покачал головой, давая понять, что разговор исчерпан.

— Я серьезно, — Мо Жань затормозил у ворот Ваньнина. Они наконец приехали.

Балетмейстер воспользовался ключом, позволяя подъехать прямо к своему дому — и этот небольшой жест неожиданно умилил до этого мрачного Мо Жаня. Его параноидально настороженный Чу пустил его внутрь без раздумий?! Это было поистине удивительно.

Но что было еще более шокирующим — так это прозвучавшие в неожиданно воцарившейся тишине слова балетмейстера.

Он неловко спросил:

— Может… ты не хочешь… ?

— Не хочу — что? — растерялся Мо Жань, уставившись на человека перед собой во все глаза. В голове возникали самые разнообразные идеи, о чем мог спрашивать его Ваньнин после «свидания». Ни одна, впрочем, не была приличной.