Книга Танцующий лепесток хайтана, страница 324 – YeliangHua

В какой-то момент Вэйюй спустился к его лодыжкам и на секунду сжал их — а затем послышался тихий щелчок и позвякивание. Чу Ваньнин попытался дёрнуться, но не смог, потому что Мо Жань крепко перехватил его ступни:

— Расслабься. Это всего лишь небольшие браслеты.

Балетмейстер застыл, чувствуя, как к лицу приливает кровь.

Он… добровольно позволил себя раздеть, и теперь мало того, что на нём было лишь полупрозрачное одеяние, которое и ханьфу-то назвать язык не поворачивался — теперь Мо Жань ещё и нацепил на него побрякушки!..

За весь год, что он провёл с Вэйюем, с ним никогда не случалось ничего настолько отвратительного.

Он даже решить для себя не мог, чего ему хотелось сильнее: провалиться сквозь землю от стыда, или просто сразу умереть, чтобы этот позор наконец закончился.

Между тем, Мо Жань теперь уже склонялся над его спиной, оставив наконец в покое его ноги — и Чу смутно ощущал что-то прохладное на своей талии. В какой-то момент его бёдра потянули вверх — и ещё одна золотая цепочка теперь тихо защёлкнулась на его поясе.

“Клац”.

Она оказалась связанной с браслетами на ногах.

Чу резко перекатился, пытаясь отползти в дальнюю часть кровати, не давая Мо Жаню завершить начатое — но браслеты неожиданно впились в тонкие щиколотки, и он снова упал, задыхаясь, проезжая коленями по гладким простыням.

Мо Жань рывком перевернул его на спину, и в два счёта застегнул ещё два браслета на его запястьях, а затем, склонившись к шее, погладил кадык пальцами и нахмурился.

— Прости.

Чу Ваньнин уставился на Вэйюя испепеляющим взглядом. Он был настолько зол, что у него разом пропали все слова. Буквально задыхался от гнева. Его лицо полыхало.

— Я причинил тебе боль, — Мо Жань снова прошёлся по шее, и вздохнул.

Послышался финальный щелчок — и на этот раз Ваньнин оторопело осознал, что Вэйюй застегнул что-то теперь уже у него на горле. Мужчина, забыв обо всём, поднёс руку, морщась от мягкого позвякивания бубенцов — и на ощупь понял, что это тонкий металлический ошейник.

Мо Жань продолжал наблюдать за ним и его реакцией, как если бы ему было интересно, что балетмейстер будет делать дальше. Он даже немного отстранился — впрочем, по правде, скорее, был вынужден это сделать, чтобы наконец завязать полностью ханьфу.

Чу, в свою очередь, молчал. Внутренний ужас мешался с непониманием и стыдом. В голове не укладывалось, зачем Мо Жань всё это делает: ему, правда, не хватает острых ощущений?.. Или он считал, что это всё уместно в их отношениях?..

— Готово, — Вэйюй завязал последний узелок на поясе и поднялся с постели. — Тебе идёт.

Чу Ваньнин прожёг его злым взглядом, всё ещё не понимая, как должен реагировать на происходящее. Он тоже попытался подняться — и на этот раз беспрепятственно сел на кровати, мельком проходясь по скреплённым цепочками между собой браслетам и поясу. Тонкие золотые нити свободно тянулись от его шеи к запястьям, ниспадали по груди к поясу, опускались по спине, повторяя изгибы позвоночника. Кое-где на них поблёскивали крошечные золотые бубенчики, украшенные камушками.Выглядело всё это дорого — словно изысканное ювелирное украшение, изготовленное на заказ.

Что там Мо Жань говорил о его костюме? Для постановки?..

Любопытно, какой.

— Ты привыкнешь, — Вэйюй улыбнулся. — На самом деле, я долго выбирал их. И… я принёс твою заколку.