Онлайн книга «Танцующий лепесток хайтана»
|
Комментарий к Часть 19 Есть мнение, что описания танцев длинные, но... знаете, что я скажу? Я люблю описывать. Сорян. Я тут к тому же недавно краем уха слышала новость, что Чу Ваньнин в дораме (привет, цензура) будет придворным гуцинистом. Как после этого обойтись без сцены со струнами гуциня?.. Да, я тут еще собрала плейлист под который все это пишу уже пару недель. Кому интересно, welcome, но, пожалуй, предупрежу, что вкусы у меня специфические: https://open.spotify.com/playlist/4Bja380LNn50YZGk6czP9Q?si=200b99354f8c45b1 Всем спасибо, кто ждал. И вообще спасибо, что читаете этот поток сознания — я в последнее время пишу на одном вдохновении, но зато заметьте, как быстро идет дело! ^^ ====== Часть 20 ====== Дом встречал Чу пустыми темными комнатами и беспорядком. Было просто удивительно, как в таком скупом на детали, минималистичном интерьере мог в принципе образовываться подобный бардак — даже когда там никто не жил?.. Вздохнув, Ваньнин решил оставить свет выключенным чтобы не видеть окружающего хаоса, и, стянув обувь, в полной темноте прошлепал в спальню. Он не ел с прошлого дня, но аппетита так и не прибавилось. И, даже если бы он захотел поесть, в холодильнике вряд ли нашлись бы хоть какие-нибудь продукты, учитывая, что он отсутствовал несколько недель, и все это время для него готовил Мо Жань... Стоило ему только вспомнить о юноше, как все внутри в очередной раз будто оборвалось. Нет, он не хотел сейчас думать о Вэйюе. Не стал бы даже мысленно отмечать, как неуютно сейчас стало находиться в холодном пространстве, которое и домом-то можно назвать с трудом. Не собирался вспоминать о том, как вечерами юноша любил вытянуться на диване всего в каких-то метрах от его постели, позволяя время от времени бросать на себя взгляды, от которых невольно под кожей разгорался пожар... Перед глазами все еще стояли эти мягкие, ребяческие улыбки, и бесхитростное лицо, от красоты которого перехватывало дыхание. Чу знал, что больше не должен об этом вспоминать, что сделает этим себе только хуже… вот только воспоминания сами врывались в его сознание подобно острым иглам. И остановить их было невозможно. Это напоминало желание расцарапать лишь недавно начавшую затягиваться рану: ты понимаешь, что не должен этого делать, но руки сами тянутся — и останавливаешься лишь когда уже понял, что натворил. «Ну, хватит!» Ваньнина уже начинало порядком трясти. Сознательно он тут же начал мысленно проговаривать тригонометрические формулы, и дышать на мгновение стало легче. Но лишь на мгновение. Лежа на спине на застеленной кровати он продолжал фокусироваться на бессмысленном повторении основных тождеств — просто потому что ему нужно было забить свою голову хоть чем-нибудь кроме Вэйюя. Сердце болезненно сжималось в груди, стоило только остановиться или на секунду запнуться. «Основное тождество через тангенс и косинус...» Ваньнин закрыл лицо руками, пытаясь выровнять сбивающееся дыхание. Он не мог вспомнить, сколько ни старался, когда вообще плакал в последний раз, но сейчас почему-то балансировал на грани истерики. Из горла вырывались сиплые сухие всхлипы, от которых слова вязли во рту. Забавно, но глаза по-прежнему оставались сухими. Видимо, формулы работали. «Косинус тройного угла…» |